Она нарисовала кинооператора со всеми его вытатуированными на загорелых плечах бабочками, полицейского, привалившегося к капоту патрульной машины и сонно наблюдавшего за тем, чтобы не снесли ограждения; молодую женщину, тщетно пытавшуюся распутать поводки трех собачонок, вертевшихся вокруг ее ног, и Джи Би за столиком, опирающуюся подбородком на скрещенные руки и задумчиво глядящую в никуда.
О чем она сейчас думает? Вера жила с Джи Би бок о бок почти две недели и очень привязалась к ней. Джи Би оказалась доброй и отзывчивой, но очень замкнутой, когда дело касалось ее личных проблем. Вера отдала бы все на свете, чтобы узнать, о чем Джо-Бет думает, и особенно что она думает о Сенте.
Сегодня утром он снова позвонил:
— Так что вы решили. Вера? Когда вы с Джи Би приедете сюда? Осталось так мало времени, лето почти на исходе.
— Попытаюсь поговорить с ней еще раз.
— Постарайся уговорить ее приехать на этой неделе.
— Сделаю все от меня зависящее.
Джи Би вздрогнула и подняла голову, когда к ним подошел директор и потребовал внимания. В руках он держал старомодный мегафон, в который раздавал команды:
— Внимание! Всем приготовиться! Занять свои места!
Это касается и тебя. Рой. Проснись! Вы с Джи Би сидите слишком далеко друг от друга. Поставьте стулья поближе.
Всем внимание. Где хлопушка? Приготовиться…
Мальчик поднес к камере хлопушку в черно-белую полоску.
— ..Начали!
Рой и Джи Би встали со своих мест и направились к автомату, затем обменялись подчеркнуто разочарованными взглядами.
— Стоп! Великолепно!
Опять наступило долгое ожидание. Вера наблюдала, как увозили автомат с эмблемой кока-колы, а на его место, поближе к операторской тележке, устанавливали новый с бросающейся в глаза яркой торговой маркой «Бриз». Девушка в джинсах обрызгала его со всех сторон из пульверизатора какой-то маслянистой жидкостью и отполировала до блеска. Началась всеобщая суета вокруг осветительных приборов: один даже поставили на рельсы и двигали взад-вперед, как маленький трамвай.
Вера вздохнула и легла на траву. Она чувствовала себя усталой и безразличной ко всему. Девушка пыталась объяснить свою вялость разницей временных поясов, но знала, что это не так, что проблема совсем в другом: она, глубоко переживала крах своих надежд.
Как Вера мечтала о своем приезде в Сан-Франциско и первом вечере, проведенном с Сентом!
Но в мечтах она была с ним одна в тихом, романтичном местечке, а не за длинным столом вместе с Джи Би и кучей горластых итальянцев. У нее до сих пор стояли в ушах их крики. «Счастливого дня рождения! — орали все. — Счастливого дня рождения, — пели официанты. — Счастливого дня рождения, дорогой Джулио…» И все смеялись, истошно кричали и аплодировали беззубому сморщенному гному, которому на вид было не меньше девяноста лет, пока он старательно задувал единственную свечу на своем именинном торте.
Вера тоже заставила себя кричать, смеяться и аплодировать вместе со всеми и попыталась произнести тост за воссоединение трио Старфайер, но он вышел ужасно плоским. Девушка, измотанная долгим перелетом, чувствовала, что ее нервы на пределе. Считалось, что Сент и Джи Би разбежались и их больше ничего не связывает, однако на деле все обстояло иначе. Может, Джи Би и оставила Сента, но что касалось его самого, то здесь ничего не изменилось.
Он по-прежнему без памяти любил ее.
В ту ночь Вера почти не спала. Перед глазами мелькали лица, предметы, и все это сопровождалось нескончаемой песней о счастливом дне рождения Джулио, такой нелепой и до смешного бесстыдной, если вспомнить самого именинника.
На следующее утро Сент, как и обещал, приехал, чтобы показать Вере город, но было ясно, что он очень надеялся на участие Джи Би в этом мероприятии и не скрывал своего разочарования, когда обнаружил, что та уже ушла. Однако, надо отдать ему должное, он сделал все возможное, чтобы прогулка прошла приятно.
И все бы прошло гладко, если бы Вера не была влюблена в него и не ждала большего, чем дружеское участие. Поездка превратилась для нее в один нескончаемый ряд крутых холмов, высоких гор, яхт, мостов и закончилась ленчем в Саусалито, чтобы она могла полюбоваться городом с высоты птичьего полета.
— Все было просто великолепно, — выдавила из себя Вера дежурную фразу.
Обед оказался изысканным: мясо, запеченное в тесте, подали на большом овальном блюде, с выложенным по краям гарниром. Вера почувствовала внезапный голод, ей захотелось запихнуть в себя все до последней крошки, но усилием воли девушка сдержалась и съела только мясо и несколько кружочков помидоров.
Разговор за ленчем шел о Старфайер.
Накануне Сент снова звонил мистеру Солвею. Тому не терпелось поскорее встретиться с Верой.
— Все складывается удачно, — заметил Сент. — Он, кажется, искренне заинтересован.
