Вера рассказала Дональду о планах Арни снять фильм по «Старфайер», о том, что она продала авторскую идею Даймонду, и о том, что Сент уже написал сценарий.
— И?..
— Что «и»?
— И какая здесь выгода?
— Никакой выгоды, за исключением того, что Виктор Даймонд сейчас наш главный партнер по постановке фильма, я продала ему все авторские права на «Старфайер», но это не имеет значения. Главное, что мы вытащили Сента из тюрьмы… К тому же я получила кучу денег.
— Не велика награда.
— Но Сент теперь на свободе.
Широкие рыжие брови Дональда сошлись на переносице.
— Да, да, конечно. Поздравляю.
— Спасибо. А сейчас расскажи мне о себе, — поспешно сказала Вера, не желая продолжать разговор о Сенте, Даймонде и Старфайер. — Хорошо снова появиться дома?
— Даже лучше, чем я ожидал. Сейчас я практикую домашним доктором в одной из клиник Сент-Хелен и рад, что порвал с Британской национальной системой охраны здоровья, хотя приобретенный опыт пойдет мне на пользу.
Да, мне нравится снова оказаться дома, особенно в это время года. Я как раз успел к осенней выжимке.
— К чему?
— В это время года у нас давят виноград. В субботу на следующей неделе пройдет ежегодный праздник сбора винограда. Все собираются и начинают давить виноград голыми ногами, изображая из себя итальянских крестьян. Именно по этой причине я и заскочил к тебе. Я хочу, чтобы ты присутствовала на этом празднике, я просто требую, чтобы ты там была.
— Думаю, мне надо обязательно присутствовать. Я смогу давить за десятерых.
— Вот уж не ожидал, что ты так легко согласишься.
— Тебя не потряс мой вид? — смущенно спросила Вера.
— Меня трудно чем-нибудь удивить.
— И ты даже не хочешь ничего сказать?
— Нет, просто ты несчастна. Надо подумать, что здесь можно сделать.
Вера промолчала. Дональд посмотрел на ее покрасневшее от смущения лицо, допил кофе и, поставив чашку на стол, принялся опять листать альбом.
— Прекрасно, Вера. Я же не тупица. Расскажи мне об этих людях. Кто они?
— Это Арни Блейз. Смотрит с террасы своего дома в Беверли-Хиллз на закат солнца.
— Я не узнал его. — Дональд перевернул страницу. — А это Старфайер.
— Не совсем так — это Джи Би. Она разглядывает себя в зеркало, после того как Арни загримировал ее.
— Что ты говоришь? — Дональд вгляделся в рисунок. — Она самая настоящая Старфайер. — Он перевернул страницу. — А это, конечно, Сент.
— Да.
На рисунке был Сент с двухдневной щетиной на лице, бейсбольной кепкой на голове и с биг-маком в руке.
Дальше Вера рисовала Арни на озере Тахо. Он стоял, склонившись над кем-то, держа в руке большое махровое полотенце. Этот кто-то — Сент, но его фигура лишь слабо очерчена. Видны только часть плеча и рука.
Дальше снова Сент, скрестив ноги, сидит на полу, и вокруг него разбросаны страницы сценария.
— Работает над рукописью, — объяснила Вера.
— Теперь я могу догадаться, кто есть кто, — сказал Дональд.
Он перевернул последнюю страницу, и у Веры перехватило дыхание. Она попыталась вырвать альбом, но было уже поздно.
Этот рисунок Вера сделала утром, и на нем снова был Сент.
В темноте девушка почти не видела его тела, ощущая его лишь руками. На рисунке он стоял, согнув колени, перенеся тяжесть тела на руки, как будто готовился к старту.
Он выглядел здесь, как живой, глаза полны решимости, рот превратился в жесткую линию. Рисунок отражал все, что произошло ночью.
— Да, — сказал Дональд ничего не выражающим голосом. — Тебе надо заняться анатомией. Вера.
Девушка выхватила у него альбом, готовая умереть от стыда. Ну почему не вырвала эту страницу? Зачем она вообще это нарисовала? И о чем только думала? Этот рисунок был абсолютно личным, он обнажал все ее чувства. Никто не должен видеть его, особенно Дональд.
К счастью, в этот момент за окном послышались топот бегущих ног, крики и ругань.
Дональд подошел к окну.
— Девушка в бюстгальтере из перьев только что вылила свое пиво на голову другой девушке, — сказал он равнодушно. — Такого в Орпингтоне не увидишь, я действительно отвык от дома.
Дональд продолжал смотреть в окно. Вера не видела выражения его лица. Шум затих, и доктор снова повернулся к ней:
— Послушай, Вера, тебе не надо мне ничего объяснять.
Для тебя всегда существовал только один Сент. Не забывай, что я знаю тебя с пятнадцати лет.
— Мне жаль…
— Не надо ни о чем жалеть. Я уже взрослый. Ты знаешь, мне сейчас пришла в голову отличная мысль.
Вера очень удивилась, когда он предложил ей пригласить к нему в гости Виктора Даймонда и провести там первую встречу всех участников проекта «Старфайер».
— Если хорошенько подумать, это совсем неплохая идея.
На природе вы почувствуете себя более непринужденно. Скажи, что я приглашаю его топтать виноград.
— Но что за причина? Почему ты вдруг решил его пригласить?
— Реклама нам не помешает, как ты считаешь? — спросил он с улыбкой и затем, посерьезнев, добавил:
— Мне бы самому хотелось узнать, что к чему. А если уж говорить честно, то я просто сгораю от любопытства. Я хочу увидеть Старфайер во плоти.
