Ему нравилось, когда девушка нежными круговыми движениями языка возбуждала его, он наблюдал, как после долгих ритмических движений она подводила его к кульминации, а затем, удовлетворенный и сонный, лениво наматывал ее длинные волосы на соски грудей.
В тот день, когда они первый раз были вместе, небо постепенно менялось и из темного, грозового превращалось в оранжевое, переходящее в пурпурный закат, и Даймонд восхищался игрой красок, света и теней. Сейчас же было темно, и Виктор только ощупью мог изучать ее тело, все время восклицая при этом:
— Великолепно! Словно шелк.
Джи Би лежала очень тихо, чувствуя влагу на бедрах.
Рука Даймонда гладила ее ягодицы. Подавив вздох, девушка в уме перебирала события последних дней: в Мехико и здесь, в Пуэрто-Валларта, они много ходили по магазинам, покупая дорогие украшения, эксклюзивную одежду, кожаные сумочки и туфли ручной работы. Она вспоминала частные самолеты, роскошные отели, слуг, выполняющих каждое ее желание. «Что я с собой делаю? — думала она. — В кого превращаюсь?» Ответ был неутешительным, она с горечью признавала, что стала такой же, как и Мелоди Рос, только классом выше.
Но ведь этого не может быть, она не должна допустить, чтобы так случилось.
Сейчас она Старфайер, а Старфайер обязана думать совершенно иначе: это Виктор Даймонд принадлежит мне, он выполняет все мои желания, и скоро у меня будет независимость и власть, и я смогу распоряжаться собой по своему усмотрению, Внутренний голос шептал ей: «Остановись, пока не поздно».
И тут же в глубине сознания звучал ответ: «Уже слишком поздно».
Вера лежала в ванне в своей квартире на Телеграф-Хилл и брила ноги.
Сент находился рядом, за дверью в комнате, где они когда-то много работали. Он мерил ее шагами, словно загнанная в клетку пантера.
— Здесь так тесно, — говорил он. — Неужели ты не можешь снять квартиру побольше? Как ты здесь живешь? Я больше никогда не смогу работать в такой тесноте, она сводит меня с ума.
Взяв банку пива, Сент сел на подоконник и стал наблюдать за происходящим в баре.
Сегодня вечером там было особенно шумно. Моторы мотоциклов рычали так, что тряслись стены, люди кричали и ругались, грохотала музыка.
— Как ты выносишь весь этот шум? — раздраженно спросил он Веру.
— Меня они не беспокоят, какая-никакая, а все-таки компания.
Она нанесла на правую ногу пену и принялась брить ее от лодыжки до колена, не переставая думать о том, что же произошло прошлой ночью между Сентом и Арни.
Вчера был такой обычный домашний вечер. На обед они съели пиццу, затем на ковре перед камином немного поиграли в «скребл». Сент выиграл и радовался как ребенок.
Затем Вера легла спать. Засыпая, она слышала, как Сент и Арни разговаривают на кухне, затем хлопнула дверца холодильника, и все смолкло. Она заснула, но ночью проснулась, почувствовав, что кто-то стоит у ее кровати. Чей-то голос прошептал в темноте:
— Вера, ты спишь?
Вера зажгла ночник.
— Что такое? Что случилось? — спросила она.
— Я, кажется, сделал нечто ужасное. — Сент выглядел смущенным и обескураженным. — Пожалуйста, погаси свет.
— Что же ты такое сделал? — шепотом спросила Вера.
— Все произошло очень быстро, я даже не догадывался.
Кто бы мог подумать?
Вера ждала объяснений, но он молчал.
— Сент, — позвала Вера.
В ответ послышался тяжелый вздох.
Прошла минута, прежде чем последовал ответ:
— Так, ничего хорошего. Жаль, что напрасно разбудил тебя. Спи.
Она услышала, как за ним закрылась дверь.
Утром ей показалось, что все это только сон.
Но что-то все-таки случилось. Сент и Арни не смотрели друг на друга и были на редкость вежливы и официальны.
— Арн, нам надо поговорить, — сказал Сент.
— В этом нет необходимости, — ответил Арни. — Мне тебе нечего сказать.
— Но…
— Хватит об этом. Хорошо?
— Мне лучше уехать отсюда, — сказал Сент после долгого молчания., — И куда ты поедешь?
Вера переводила взгляд с одного на другого, ничего не понимая.
— Я поеду в Сан-Франциско и приглашаю Веру с собой.
Арни подвез их в Рино, чтобы они могли улететь первым же рейсом. Он простился с ними у терминала, неуклюже поцеловав Веру в щеку. Блейз постарался не заметить протянутой руки Сента, и тот быстро убрал ее, сунув в карман.
Все это произошло утром, а днем Сент в спешном порядке принялся обустраивать свою жизнь. Он позвонил адвокату, менеджеру, тете Глории и в бюро путешествий. За весь день Слоун не перекинулся с Верой и парой слов, он избегал разговоров о «Старфайер» и единственное, что сделал, так это отправил Виктору Даймонду свой сценарий.
— Что, черт возьми, все-таки происходит? — громко спросила себя Вера, с трудом выбираясь из ванны. Она досуха вытерлась и, закутавшись в махровый халат, решительно направилась в гостиную.
— Так дальше продолжаться не может, — заявила она. — Нам надо поговорить.
Силуэт Сента четко вырисовывался в окне на фоне неоновой рекламы.
— Ты хочешь сказать, что мне надо лечиться, Вера? — спросил он, не поворачивая головы.
— Нет, — решительно ответила она. — Все ужасное позади.
