Бумажные девочки полностью

Мейси приоткрыла глаза, которые постепенно приспособились к свету, падавшему из коридора. Монстр стоял так, что его силуэт выделялся на фоне дверного проема. Как и прежде, на нем была маска – матерчатый мешок с двумя черными крестами на месте глаз.

В руке он держал скальпель.

– О, Конни, – сказал монстр, делая шаг к другой девочке. Ей каким-то образом удалось вытащить кляп изо рта, и сейчас ее нижняя челюсть дрожала так сильно, что зубы стучали, точно кастаньеты. – Моя дорогая Конни, разве ты забыла правила?

Как она могла их забыть, подумала Мейси.

Они ведь такие простые.

Противные девчонки, которые все портят, остаются без языков.

– Пожалуйста, нет! – закричала девочка по имени Конни.

Но монстр ее не слышал. Он склонился над девочкой, сверкнул скальпель, и Мейси заставила себя отвернуться, смотреть в другую часть комнаты.

На привязанную к стулу третью девочку, глаза которой переполнял ужас.

Пятница

В любой обычный день Кетт просыпался с первыми лучами солнца – его будила одна из дочерей. Если это была Эви, пробуждение сопровождалось криком с расстояния в три дюйма. Элис усаживалась возле его кровати с орущим планшетом. Мойра выбирала значительно более эффективный метод: садилась ему на шею и хлопала по щеке.

Вот почему Роберт удивился, когда его разбудили звуки «Мексиканского танца со шляпой».

– Хм-м? – протянул он. Возможно, Билли включила радио, как всегда поступала по утрам…

«Конечно, нет, – одернул себя Роберт, когда мысли встали на свои места. – Билли нет».

Но через несколько мгновений он вспомнил про телефон. По нему говорят люди…

– Это Кетт.

– Сэр?

– Кейт? – Он сел. Тело у него болело после схватки с Брендоном Уокером, словно он весь вчерашний день провел в спортивном зале. – Извините, Сэвидж. Всё в порядке?

Отодвинул телефон от уха, увидел, что уже почти семь, и от потрясения, что проснулся так поздно, не услышал ни одного ее слова.

– Извините. Одну минутку, – сказал Роберт, выбираясь из постели.

Зацепившись за пододеяльник, который ночью сполз на пол, он вывалился из комнаты и заглянул к Эви и Мойре. Там царила темнота, шторы были задвинуты, но Кетт разглядел очертания Эви под одеялом.

Маленькая кроватка Мойры была пуста.

– Вот дерьмо, – сказал Роберт.

Сердце у него сжалось, и он уже собрался сказать Сэвидж, чтобы она объявила тревогу, когда заметил на подушке Эви еще одну головку. Очевидно, Мойра заползла в кровать к сестре.

«Слава богу», – подумал он, и сердце заработало в нормальном режиме, будто старый двигатель.

Кетт прижал к груди свободную руку.

– Вы в порядке? – спросила Сэвидж.

– Да, – ответил он, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь. Проверил Элис, потом спустился по лестнице, стараясь двигаться бесшумно. – Просто легкий шок. Дети еще не проснулись.

– Я вас разбудила? – спросила она. – Извините, босс попросил меня позвонить и выяснить ваш статус.

– Мой статус? – переспросил Роберт, с трудом сдерживая зевок. Наполнил и включил чайник. – Устал, как собака; мне просто необходим чай.

– Он интересуется, придете ли вы утром, – спросила Сэвидж.

– Да, но сначала я должен отправить девочек в школу.

Ее голос стал приглушенным, словно констебль говорила с кем-то другим.

– А школа может начаться в семь? – произнесла она после короткой паузы. – Это его слова, а не мои.

– Я посмотрю, что можно сделать… А почему такая срочность?

– Возможно, у нас есть зацепка. Появился Стиллуотер.

– Доброе утро, Робби, – сказал Портер, открывая дверь оперативного штаба. Детектив-инспектор выглядел так, будто не спал всю ночь: рубашка помялась и выбилась из брюк, небритое лицо… – Замечательно видеть тебя без сопровождения. Тебе удалось найти няню?

Кетт покачал головой, дожидаясь, когда его догонит Мойра. Она ковыляла по коридору, как человек, которого ведут в вытрезвитель, и проходившие мимо полицейские смотрели ей вслед разинув рот.

– О, – выдохнул Портер, – значит, ответ «нет».

– У меня кое-что есть, – сказал Роберт, когда Мойра миновала ноги Портера. – У одной из женщин в детском саду Эви есть дочь, которая работает няней. Эта женщина сделала мне одолжение и позвонила ей, но та свободна только с десяти.