На следующее утро Кэн пришел на фабрику, настороженно озираясь на каждом шагу. Внутренне он подготовился к аресту, но все равно боялся.
Цеха грохотали, как обычно. Рабочих было гораздо меньше, но они работали. Титоси ему обрадовался:
- Жив, башка деревянная! Я уж думал - не затоптали ли тебя вчера случаем? Или в участок... того... Эх... Работать будем, как чертенята в аду у католиков. Видишь - мало нас осталось. На допросах отдуваются. Выпустят, наверное, так ведь и поувольняют.
- Где Ясуда?
- Как где? Арестовали. Будут судить, посадят.
'Если полицейские меня узнают, то тоже посадят', - подумал Кэн. А ведь его вряд ли опознают! Преследователи не видели его лица, только спину. Сунув губы в глухое ухо мастера, он спросил:
- Заработок-то повысили?
Титоси рассмеялся и махнул рукой. Смех потонул в грохоте агрегатов.
Напрасно погиб Хироси, совсем напрасно...
2010 г.
