– Нас к вам отправила Ксения Федоровна.
Димон глянул на меня. Я удивилась появлению парочки, но промолчала. Если заведующая отделом персонала решила поступить подобным образом, значит, она проверила ребят до двадцатого колена. Но очень странно, что меня никто не предупредил.
У Коробкова зазвенел телефон, он взял трубку и через пару секунд произнес:
– Пусть заходит.
Потом он глянул на юношей.
– Сейчас к нам придет человек с какой-то проблемой. Разговор будем вести мы с Татьяной, вы просто послушайте, ясно? Не вмешивайтесь в беседу, сидите и помалкивайте.
– Мы не имеем права выражать собственное мнение? – уточнил Витя.
– Я думал, нас взяли на работу, – вздохнул Петя.
– Все вопросы, которые возникнут во время встречи, зададите после того, как посетитель покинет кабинет, – сказала я.
– Вы кто? – осведомился Виктор.
– Начальник «особой бригады» Татьяна Сергеева, – ответил вместо меня Коробков, – наш главный босс.
– Ага, – отозвался Витя.
– Угу, – протянул Петя.
В дверь постучали.
– Входите! – крикнул Димон, и через пару секунд в комнате появилась девушка в джинсах и полосатой рубашке.
– Здрассти, – тихо начала она.
Я улыбнулась.
– Добрый день! Проходите, садитесь.
– Спасибо! – обрадовалась незнакомка, опускаясь в кресло. – Он исчез. А его не ищут. Вообще не волнуются.
– Кто? – перебил посетительницу Витя.
Мне захотелось сделать ему замечание, громко сказать: «Вас только что предупредили о необходимости хранить молчание». Но подобное поведение в присутствии постороннего человека невозможно, поэтому я сделала вид, что не услышала «выступление» Виктора.
– Давайте познакомимся. Я Татьяна Сергеева. А как к вам обращаться?
– Софья, – прошептала девушка.
– Отчества нет? – опять вмешался в разговор Виктор.
– Есть. Марковна.
– И, – решил тоже примкнуть к беседе Петр, – вам надо…
Димон схватил трубку внутреннего телефона, который и не думал звонить.
– Весь внимание… Да, здесь… Понял. Сейчас прибудут. – Потом он медленно повернул голову и скомандовал: – Петр, Виктор, вас ждут у стойки ресепшен на первом этаже.
– Зачем нам туда? – решил поспорить брюнет.
– Спускайтесь – и все узнаете, – сладким голосом пообещала я.
С самым недовольным видом стажеры ушли. Вслед за ними встал и тоже быстро покинул кабинет Димон, а я продолжила беседу.
– Софья Марковна, что у вас случилось? Можете подробно рассказать, в деталях?
– Попытаюсь, – чуть слышно прошептала девушка.
Дверь открылась, Димон вернулся и сел за свой стол. Софья опустила голову и заговорила.
К сожалению, наша гостья принадлежит к категории людей, которые не способны быстро и четко излагать суть дела. Если вас спросят, любите ли вы цветную капусту, то, скорее всего, вы ответите коротко, «да» или «нет». Возможно, некоторые люди еще прибавят «только если она отварная» или «исключительно обжаренную в сухарях». Но встречаются те, кто начинает доклад: «Когда я был маленьким, мы с бабушкой как-то раз пошли за капустой на рынок. Стоял прекрасный солнечный день, поэтому она взяла меня с собой. Как же я любил бродить со старушкой по базару! Там продавали ягодное мороженое за семь копеек. Но если с нами отправлялась мама, не видать мне лакомства. Она никогда не разрешала…» Пока рассказчик доберется до продавщицы цветной капусты, неделя пройдет. А еще в процессе повествования он способен забыть, по какой причине поет песнь о походе в торговые ряды, и тогда вы вообще не получите ответа на свой вопрос. Более того, гладкая многословная речь оказывает на слушателя такое же действие, как качка корабля. Минут через десять к слушателю придет мигрень под ручку с тошнотой.
Софья говорила и говорила, а я пыталась понять: ну зачем она к нам обратилась? Но в конце концов туман рассеялся, и кое-что стало ясно.
Софье Марковне до тридцатилетия еще далеко, но девушке пришлось хлебнуть горя в полной мере.
Девочка воспитывалась в приюте, понятия не имеет, кто ее родители. Кулек с младенцем нашли в зале ожидания одного из московских вокзалов. В местное отделение милиции обратилась пенсионерка. Она объяснила, что час назад женщина, которая сидела рядом с ней, сказала: «Можете присмотреть за младенцем? Очень в туалет надо, а не хочется туда доченьку нести». Конечно, пожилая дама согласилась, она сама была с детьми. Чужой младенец тихо спал, не нервничал. Время шло, пролетел час, а матери все не было. Кто же так долго сидит в сортире? Добрая тетушка отправилась в уборную, не нашла там мамашу, поспешила в милицию.
Мать так и не вернулась, ребенка отправили в приют, никаких документов при малышке не было, педиатр определил возраст: примерно два дня. Имя и фамилию брошенке дала заведующая домом малютки, отчество бедняжка получила от врача, который ее осматривал.
