Когда мы почти дошли до дверей к нам навстречу в кафе зашли двое мужчин, от вида которых по спине побежали мурашки. Крепкие, сильные, смуглые, черные волосы, такие же глаза, на лице никаких эмоций. Одетые в кожаную такого же цвета куртку, брюки они очень сильно напоминали районовских гопников. Но это были не они, а еще одна парочка колдунов.
Напрягшись, Стас интуитивно меня заслонил. Я чуток выглянула из-за его плеча и успела заметить, как у одного мужика в глазах появилось недоумение. Но потом он отвернулся и с напускным безразличием освободил нам проход, направившись к свободному столику.
Я с облегчением выдохнула. Не хотелось бы, чтобы феромоны Милы, которые она добавила в зелье, начали возбуждать всех окружающих мужчин.
Станислав практически сразу вытолкнул меня наружу и быстро зашагал к машине.
— Садись. Обед отменяется, — приказал он.
— Что случилось? — Я не понимала почему он так резко изменился, но определенно чувствовала в его голосе страх.
— Ксюша, прошу тебя, в этот раз без споров, ладно? Просто сделай, как я говорю, — закатил он в раздражении глаза.
— Да что происходит? — все же не сдержалась я от вопроса, но послушно двинулась к машине.
— Ничего…
— У девушки проблемы? — вдруг перебил его скрипучий, неприятный голос, раздавшийся за моей спиной.
Я обернулась и увидела тех самых мужиков, преградивших нам путь в кафе. Они стояли примерно в трех метрах, оценивающе разглядывая с головы до ног.
— Помощь нужна? — подмигнул один из них, оскалившись в кривой улыбке.
Короче, мы, похоже, попали, единственное, что мелькнуло в голове.
Использовав магию-телепорт, Станислав мигом оказался рядом.
— Девушка со мной.
Открыл дверцу, втолкнул меня внутрь и захлопнул ее. Я тут же уткнулась в стекло. Но Стас закрыл весь обзор происходящего снаружи спиной. Я пожалела, что она у него такая широкая, хотя раньше это очень нравилось. Не знаю, разговаривал он с ними о чем-то или нет, так как ничего не слышала, но что-то определенно происходило. Спустя несколько минут мой бравый спутник отошел от дверцы, и я увидела, как те самые громилы снова зашли в кафе.
— Что ты им сказал? — спросила, когда колдун залез внутрь.
Стас завел двигатель, обернулся, чтобы убедиться, что позади нас никого нет, и дал задний ход. Развернулся и выехал на дорогу.
— И? — не унималась я.
— Ничего особенного. Сказал, что ты шлюха и связываться с тобой будет себе дороже, так как черт знает, чем болеешь, — ровно проговорил он, чуть вздернув бровь.
— Ты охренел? — взвизгнула я.
— Если бы я это не сказал, они бы не отстали, — утратив былое равнодушие, процедил Стас сквозь зубы.
— А другое придумать нельзя было?
— Нет, нельзя.
— Свинья, ты Стас, — произнесла я медленно, но очень эмоционально.
Чтобы не накинуться в гневе на него с кулаками во время движения, сильно-сильно сжала их и отвернулась к окну.
— Знаю, но так было нужно, — тихо сказал он.
Мы ехали молча. Я продолжала тупо смотреть в окно, чувствуя, как злость постепенно отступала, становясь все меньше и меньше, пока совсем не растворилась под натиском размышлений, что Стас, возможно, действительно сделал все правильно. И если бы я была на его месте, думаю, что тоже придумала бы нечто подобное. Кому хочется быть побитым? Ну, или не побитым, все-таки Стас тоже не из малорослых, но тем не менее уличные драки никогда ничем хорошим не заканчивались. Так что все верно, хоть и немного обидно за себя любимую. Но в конце концов, это было сказано про лжеКсюшу. Черт, даже признаваться в этом не хочется, иначе в его анкете козла появиться еще один плюсик в колонке положительные черты. Кстати, первые два он получил не так давно за целеустремленность и сообразительность. Теперь еще и за заступничество. И почему меня не отпускает мысль, что это не я его хочу влюбить в себя, а наоборот? Просто не понимаю к чему все эти усложнения с заклинанием, чтобы вытащить упертую ведьму из Вуза. Игра в догонялки, дальше поездка в кафе и побег от плохих дядек? Блин, с ним нужно держать ухо востро. Все это очень, очень странно. И главное не поддаваться своим эмоциям и чувствам. Я себя знаю: стоит только хоть немного поверить в его типа ответную любовь, как тут же расплывусь и, как та Катя, превращусь в вечно унылую воздыхательницу с маниакальным желанием убить всех соперниц. Кстати, вид у нее и правда был устрашающий. Это ж надо так запасть.
Вспомнив покрасневшее лицо девушки, я усмехнулась.
— Над чем веселишься? — спросил Стас.
— Не твое дело.
Честно сказать, вспоминание о Кате во мне снова подняло лютую ненависть к этому конкретному представителю сильного пола.
— Ну почему ты такая обидчивая злюка? — весело поинтересовался он.
