Бунин, Дзержинский и Я полностью

И вдруг 16 ноября 1828 года на стол госпожи начальницы легло письмо.

Мадам,

Ваше Превосходительство помнит, что покойная Ее Величество императрица Мария, милости которой я получила с моей отставкой благодеяния, которые обеспечили мое существование, соблаговолила бросить еще один милостивый взгляд на просьбу; которую я осмелилась адресовать ей…

…Ее императорское Величество позволила мне надеяться, что после Нового года смогу иметь у себя мадмуазель Ла Гранж; с которой я просила делить благосостояние, которым я пользуюсь… благодаря доброте и ходатайству моих Августейших Государей.

Мадмуазель Ла Гранж сирота, как и я, она нашла бы мои заботы и мою нежность как некоторое возмещение убытков в несчастье быть лишенной своих родителей. Что касается меня, я буду… иметь около себя соотечественницу; счастливые и милые качества которой побуждают меня чувствовать к ней материнскую привязанность.

Я умоляю ваше Превосходительство изъявить согласие положить к ногам Ее Величества императрицы мою скромную просьбу относительно м-ль Ла Гранж.

Очень скромная и очень покорная Александрина Кардино

После этого письма жизнь Розетты Ла Гранж оказалась на распутье. С одной стороны, она могла бы дать согласие мадам Кардино, решившей взять выпускницу на полное содержание. Но с другой, могла бы пойти гувернанткой в казенный или частный дом. Конечно, интересней и перспективней было попасть в частный дом. При мысли об этом по волшебству являлись обычные мечтания, свойственные институткам: частный дом может быть богатым, можно подружиться с его хозяйкой – известной светской дамой, которая пригласит сопровождать семью с детьми за границу, на курорты, а там можно завести интересные знакомства и даже выйти замуж, иметь свой дом, детей и научить тому хорошему, что дал ей институт.

Этого всего хотелось, но незнание жизни, страх перед ней мешали смелым мечтам и поступкам. И на первом плане возникла фигура мадам Кардино. Все, что связано с ней, было привычно, знакомо, понятно. Но оставался вопрос, который мучил сироту Ла Гранж: кем она будет? Наперсницей, помощницей, одолеет ли ее синдром услужения, или станет она дочерью, как обещала мадам Кардино?

Но ясно было одно: что, принимая приглашение мадам Кардино, она теряла свою самостоятельность и статус независимой, умной, прогрессивной женщины.

Пока Розетта находилась в своих сомнениях, судьба все решила за нее. Начальница Смольного объявила, что бывшая воспитанница Розетта Ла Гранж, будучи круглой сиротой и прослужив два года в институте, заслуживает казенного места гувернантки, но такого места для нее не имеется. Таким образом, Розетте Ла Гранж оставалось идти к мадам Кордино на ее попечение и содержание.

Поступок госпожи Кардино признали благодетельным. А Розетте было объявлено, что в любую тяжелую минуту она имеет право вернуться в Воспитательное общество благородных девиц и найти там прибежище. Но Розетта была уверена в своей благодетельнице и настроена на долгую жизнь у нее. Она даже обратилась в Совет Общества и попросила разрешения на получение хранящихся в институтской кассе двух билетов на сумму 350 и 50 рублей.

…Прошли десятилетия. Все эти годы Розетта Ла Гранж прожила в доме Александрины де Кардино. После смерти благодетельницы она составляет завещание, в котором Александрину называет своей приемной матерью. Под завещанием она обозначает свое полное имя, отчество и фамилию: «Роза, дочь Александра, Ла Гранж». Отчество в честь русского царя Александра I она выбрала своей волей.

И вот наступает время, когда Розетта считает нужным распорядиться своим капиталом:

Из оставленного мною капитала должны быть отчислены: