– Что ты, Ефросиньюшка! Да я только взгляну одним глазком и назад быстрехонько. Иди, запри за мной ворота получше и никого не пускай. Бог даст, скоро вернусь.
Вдова зарыдала, уткнувшись в подушку.
По дороге к валу Лазарев решил, что, если удастся, сразу же перейдет к Разину для свершения своих тайных дел.
Одет он был в синий кафтан, на голове баранья казацкая шапка, на ногах телячьи сапоги. За поясом поблескивали кинжал и два пистоля, которыми он владел в совершенстве.
Когда тайный истец пробрался на вал, там кипела ожесточенная схватка. Не успел Петр понять, где казаки, а где царицынцы, как на него навалился стрелец, спутав его с разинцем. Здоровенный детина подмял его под себя, ухватил за горло. Задыхаясь, Лазарев с трудом вытащил из-за пояса кинжал и, напрягаясь из последних сил, ударил снизу дюжего мужика. Тот дернулся и выпустил его горло. Петр с жадностью стал вдыхать пахнущий пороховой гарью воздух. С трудом сбросив с себя тяжелое, безжизненное тело служилого, он вскочил на ноги, но тут же на него вновь набросилось несколькострельцов. Тайный истец метко сразил двоих в голову выстрелами из пистолей, а третьего зарубил могучий чернобородый казак. Сверкнув на Петра горящими черными глазищами, крикнул:
– Держись, браток!
Казак ловко орудовал саблей налево и направо, её удар был смертелен для врага.
Петр Лазарев сразу же почувствовал силу этого человека. Бок о бок с чернобородым тайный истец продолжал рубиться, успешно отражая нападения стрельцов.
Стрельба из пушек усилилась, скоро их огонь перенесся на дерущиеся кучки противников на валу. Разинцы стали медленно отходить с вала к своим стругам.
Лазарев заметил, что около чернобородого детины всегда поблизости находится несколько здоровенных казаков, которые оберегают его от любой опасности. Особенно привлекал внимание мужик богатырского телосложения с огромной дубиной. И, как только около чернобородого скапливались стрельцы, мощный удар дубины либо разбрасывал их в стороны, либо оставлял лежать мертвыми.
Начало светать, когда штурмующие безуспешно, последний раз сходив на приступ, отошли к берегу Волги к своим судам.
К чернобородому подбежал человек и возбужденно спросил:
– Что делать будем, Степан Тимофеич?
– Всем на струги – и плыть вон туда, – ответил Разин, показывая рукой в сторону Сарпинского острова.
Лазарев догадался, что судьба свела его с самим атаманом, и, вспомнив свой сон, заулыбался.
– Чего улыбаешься? – вдруг спросил атаман, пристально вглядываясь в лицо Лазарева. Взгляд атаманских глаз обжег его и, казалось, пронзил насквозь, от чего Петр даже поежился, и ему стало не по себе от внезапно появившегося ощущения, будто Разину все известно про него.
– Откуда ты взялся? – спросил атаман, все также сверля Лазарева глазами. – Что-то я раньше тебя не видел у нас.
– С Царицына я, приказчик астраханского купца Молчалина. Промотал в кабаке с бабами все его деньжонки и решил податься к тебе.
– А стрелять где так знатно выучился? – с усмешкой спросил Степан.
– Так мне же часто в пути бывать приходилось, а от лихих людишек самая надежная защита – пистоль да сабля.
– Как звать-то тебя?
– Петр Лазарев.
– Тот струг видишь? – и Разин показал на струг, стоящий невдалеке. – Будь там и жди меня, потом еще поговорим.
В это время к Степану подошли есаулы, чтобы узнать, как быть дальше.
– Давайте, ребята, по стругам и плывите, – показал Разин на чернеющий посреди реки островок.
Есаулы поспешили к своим судам.
Казаки, усталые, изможденные, поддерживая раненых, садились в лодки. Матерно ругаясь, грозили кулаками в сторону Царицына.
Наконец, разинские суда, один за другим, стали медленно выгребать по направлению к Сарпинскому острову.
Когда казацкие лодки подошли к цели и причалили, разинцы разбрелись по острову и, найдя подходящее место, падали от усталости, тут же засыпая. А те, у кого были еще силы, шли к воде, чтобы смыть грязь, кровь, пороховую копоть, перевязывали раны.
Несколько казаков быстро поставили на бугре атаманов шатер.
Подозвав Ивана Черноярца, Разин спросил:
– Дозор выставили?
– Выставили, Тимофеич, со всех сторон острова и у стругов.
– Дозор бы надо почаще сменять, пусть ребята отдохнут, – озабоченно попросил атаман. – Тут из Царицына к нам приказчик сбег. Ты еще к нему не приглядывался? – спросил Разин.
– Видел.
– Ну и что?
– Вроде бы на лазутчика не похож, но присмотр за ним установлен будет. Скажу ребятам, пусть доглядят.
– В бою опытен. Бок о бок со мной стоял на валу.
– Куда его определить? – спросил Иван.
– Парень он грамотный и к бою годен, пусть с Григорием бумажными делами пока ведает, а где надобно, за казну постоит. Народ-то у нас всякий собрался – за казной догляд нужен.
Атаман зевнул и устало сказал:
– Пойду, маленько сосну. Но сначала пришли ко мне в шатер этого приказчика, я с ним еще поговорю.
