Я падаю на четвереньки и вонзаюсь пальцами в почву, зачерпывая её горстями. Земля мягкая, и я копаю глубоко, отбрасывая мокрые комья, пока не чувствую под руками холодную металлическую коробку. Я хватаюсь за края и вытаскиваю её.
Я кладу коробку на землю, провожу пальцами по крышке, нащупывая защёлку, на которую она закрывается.
– Ты уже знаешь, что там внутри, – говорит Джон. – Не бойся.
Я открываю коробку и вижу свою семью. Это фотография, о которой говорил мне Джон, сделанная мистером Спенсером в то лето, до болезни. Теперь я помню его приезд. Мама и папа сидят на верхней ступеньке крыльца нашего дома, а мы с Джоном устроились перед ними. Он совсем не похож на мальчика, который стоит сейчас рядом со мной, и на меня вдруг накатывают воспоминания.
Под фотографией лежат документы. Письма от моих родителей к мистеру Спенсеру с просьбой позаботиться о нас, если случится самое страшное, и газетные статьи, медицинские счета, свидетельства о смерти и документы из суда, где он назначен моим опекуном.
– Ты всегда знал об этом? – спрашиваю я Джона, и он улыбается.
– Ты просила меня остаться.
– Знаю, но я больше не могу об этом просить.
Тени окружают нас, и Джон оборачивается к ним.
Мы идём вместе, держась за руки, обратно к мисс Элдридж.
Она опускается на колени и вытирает слёзы с моих глаз.
– Ты готова? – спрашивает она.
– Нет.
Я веду Джона к сиянию. Оно пульсирует в такт урагана, и вдруг вспышка прорезает землю, приоткрывая всю красоту другой стороны.
– Ты так давно носишь меня в своём сердце, – говорит Джон, крепко обнимая меня. – Пора отпустить меня.
Я выпускаю его руку, и он следует за тенями в сияние, проходя через тонкое место, вспыхивая огненными искрами, словно тлеющие угольки, развеянные по ветру, прежде чем принять безупречную форму.
Сияющий шар угасает, закрывая проход между мирами, и у меня подкашиваются ноги. Дождь продолжает барабанить.
Боль пронзает меня, охватывает моё тело, заволакивая все мои мысли, весь мир. Я падаю на землю, рыдаю, не обращая внимания на дождь. Когда я открываю глаза, мисс Элдридж склоняется надо мной, берёт меня за руку и ведёт сквозь ураган вниз, в долину, к дому. Мне хочется кричать во всё горло, сказать ей, чтобы оставила меня здесь, но у меня не хватает сил сопротивляться.
Дом выстоял, пережил и ветер, и ливень. Чарльз и несколько мужчин заколачивают парадный вход, борясь с ветром, прибивают доски на окна и дверной проём. Заметив нас, Чарльз подбегает, берёт меня на руки и несёт в дом.
Он поднимается по лестнице в комнату и кладёт меня на кровать с белой простынёй, укрывая меня целой горой мягких одеял. Я дрожу от холода. Дождь постукивает в окно, будто во дворе поют колыбельную, тихо, ласково. Мелодию без слов.
Когда я засыпаю, мне снится, что я на маленькой лодке, – всего на одного человека, – покачиваюсь на океанских волнах, устремившись к новым берегам.
Я просыпаюсь от света, струящегося в окно. Утро. Буря утихла, небо окрасилось в розовый и золотой, и птицы кружат над Орденом Серебряной звезды.
Гости прогуливаются во дворе, разглядывая повреждения здания. Ветви и листья погребли под собой каменную стену, а земля усеяна обломками кирпичей и черепицы, битым стеклом и досками. Брешь в тонком месте оставила за собой немало разрушений. Вырванные с корнем деревья покоятся там, где я вошла в лес, уводя сияние от дома.
– Ты проснулась, – произносит голос, и я оборачиваюсь. Мисс Элдридж стоит в дверях, наблюдая за мной.
– Всё кончено, – говорит она, заходя в комнату и садясь на край кровати. – Мы пережили ураган, и, как мне кажется, справимся с любыми бедами.
Вместе мы смотрим на небо, согретое солнцем, и молчание утешает меня лучше всяких слов.
Наконец я спрашиваю:
– Когда вы узнали про Джона? – Его имя застревает у меня в горле.
– Когда я взяла тебя на руки и внесла в дом, я ощутила его присутствие. Честно говоря, я не ожидала, что связь между вами так сильна.
– Простите, – шепчу я, но она берёт меня за плечо, крепко сжимая его своей сильной рукой.
– Ты ни в чём не виновата, Лиза. В этом мире нет ничего сильнее любви, и я знаю, какой риск она несёт в себе.
Я киваю, и слёзы льются по щекам.
– После твоего приезда я всеми силами старалась выманить Джона и отправить его туда, где ему давно следовало быть. Конечно, для этого нам пришлось оставить мистера Спенсера и терпеливо ждать. Кстати, твоя работа выше всяких похвал. У тебя ловкие пальцы и пытливый ум, несмотря на всю безнравственность твоего поступка. Я объяснила это Чарльзу и гостям прошлой ночью. Они поняли меня. По крайней мере большинство. Что же касается мистера Спенсера…
– Он ещё здесь? – спрашиваю я.
Она медлит, выбирая слова.
