Поневоле перед глазами картина нашего поцелуя. Как вживую, даже в горле пересыхает. Никогда не чувствовала ничего подобного, я словно окутана теплом, пробирающимся под кожу, к самому сердцу.
Кожа к коже. Мне неведомо что это такое. И меня достало, что Антония смотрит на мои страхи как на бредни маленькой глупой девочки, которая сохнет по мальчику.
— Ладно, проехали. Не хочу больше это обсуждать. Я иду спать.
— Вот и умница. Узнаю свою смелую девочку.
Разворачиваюсь, устремляясь прочь из комнаты, даже не попрощавшись с Антонией.
Ее сочувствие впервые не помогает, а наоборот, ранит.
Залетаю к себе, переполненная волнением вперемешку с яростью, хотя непонятно на кого злюсь. Бен лежит на кровати Блисс, повернувшись лицом к стене.
— Тебе не скучно все время торчать тут? — спрашиваю раздраженно.
Бен вздрагивает и подскакивает на кровати, а потом снова садится на край. Я пристраиваюсь рядом. Он берет меня за руку, видимо желая поддержать.
— Привет, ты чего такая взвинченная. Проблемы?
— Вылет уже завтра.
— Да ты что? Бросаешь, значит, школу.
Вздыхаю, изображая безразличие.
— Ты так говоришь, будто у меня есть выбор. Это приказ, между прочим.
— Да ладно, тебе самой хочется вырваться отсюда.
— А тебе разве нет?
Он удивленно смотрит на меня.
— Ты не должен хоронить себя! — вырывается внезапно.
Бен отбрасывает одеяло и встает.
— Пожалуй, ты права. Пошли на тренировку?
Сажусь на его кровать.
— Мне правда жаль, что не могу взять тебя. Я спрашивала у Антонии…
— Спроси у главного.
— Мы с ним не лучшие друзья…
— Но будете изображать пару.
— Да, но у меня пока не очень получается.
— Что именно не получается? Может я смогу помочь?
Поворачиваю лицо к Бену, чтобы спросить, что он имеет в виду, и тут внезапно его холодные губы касаются моих. Я отшатываюсь.
— Что ты делаешь? С ума сошел?
Странные ощущения. Отвращения вроде бы нет, но в то же время ужасно неприятно его прикосновение.
— Больше никогда так не делай! Я не предам подругу даже после ее смерти!
— Это всего лишь громкие слова, Алекс. На деле мы два одиночки. И я бы хотел, чтобы ты стала моей парой. Ты всегда говорила, что выберешь сама. Что у тебя нет истинного, ты в этом уверена.
— Я просто не верю в истинных. Вы с Блисс очень любили друг друга, но истинными не были. Не предавай память моей любимой подруги, Бен! То, что ты сделал, очень некрасиво.
Подхожу к умывальнику и подставляю неприятно покалывающее лицо под холодную воду. Вытираю лицо. Бен снова рядом, накрывает мою ладонь своей.
— У тебя ледяные руки.
— Это от воды. Хватит. Иди на тренировку! Я скоро приду.
Мне необходимо побыть одной. Вдруг вспоминаются времена, когда мы везде ходили втроем, беззаботные и счастливые. Плечи поникли под тяжестью щемящих воспоминаний.
Как бы хотелось вернуть то время, когда моя жизнь была гораздо проще.
Залезаю под кровать, достаю две гантели, которые когда-то стащила с тренировки. Мне необходимо сейчас сбросить напряжение, и физическая нагрузка поможет. Занимаюсь около часа, потом сбавляю темп. Но все равно продолжаю, пока, спустя пару часов, не падаю обессиленная на свою кровать. Засыпаю почти мгновенно, а на следующее утро в памяти проносятся обрывки глубокого сна, в котором меня зовёт знакомый женский голос.
Это Блисс.
Понимаю, что больше не выдержу. Я должна выбраться из этих стен во что бы то ни стало.
Во время завтрака то и делаю возвращаюсь к этому сну. Никак не получается вырвать из головы. И в то же время вспомнить точно — не выходит. Это бесит сильнее всего. Вдруг подруга хотела мне что-то сказать важное? Я почти уверена в этом.
После завтрака направляюсь в кабинет Антонии. Мне неловко перед ней за вчерашний разговор. Смущен топчусь на её пороге, но когда вхожу, замечаю глаза Антонии вспыхивают от удовольствия. Словно она очень рада меня видеть.
— Ты готова, Алекс? Я так рада, что ты пришла сама, что с тобой всё хорошо. Я очень переживала после вчерашнего разговора.
Дарю в ответ свою лучшую улыбку которую только могу изобразить.
— Вчера был неважный день. Я хандрила. Сегодня все гораздо лучше.
— Да, понимаю. День на день не приходится. Закрытые стены давят.
Я не знаю, что еще сказать.
— Иди сюда, посмотри дорогая. Кое-что хочу тебе показать.
Антония поводит меня к длинной вешалке с одеждой.
— Красиво. Эти вещи привезли недавно?
Одежды много, она яркая, много розового и желтого, пушистого, шелкового. Короче, коллекция для гламурной дамочки. И тут меня огорошивают:
— Это твой гардероб.
— В смысле? Что это?
— То, что носит Александра Морио, невеста Кейсера Неверуса. Ваши имена немного изменили. Ты теперь Александра, представляешься так, но звать тебя могут и Алекс. Думаю, нормально если твой жених Кейсер будет звать тебя так. Ну а это — твоя одежда. У тебя будут более светлые волосы, сейчас ими займется парикмахер. У нас есть пара часов до вашего вылета…
— И более милый характер, — раздается низкий голос. Обе поворачивает головы. На пороге стоит Кейсер.
