Бела догнала Набару на полпути, когда тот уже подходил к монастырю. Девушка окликнула его. Молодой человек остановился и, обернувшись, спросил:
- Бела, что случилось?
- Брат Николас, я… я забыла кое-что передать вам. Но это лично для вас.
- И что же это за сюрприз?
- Это мой подарок для вас, - девушка достала из корзины спелую гроздь винограда.
Ягоды аппетитно переливались на солнце и, казалось, что если выдавить их, то потечет мед.
Николас в нерешительности держал гроздь в руках, а затем спросил:
- Я благодарю вас от всей души. Но, пожалуйста, скажите мне, почему вы преподнесли мне подарок?
- Потому что я… Я никогда не встречала такого человека как вы.
Бела внимательно посмотрела в его лицо. Да, Набару был намного красивее ее, и девушка знала, что рядом с ним она кажется гадким утенком. Брат Николас такой высокий, стройный, умный, образованный, длагородного происхождения. «Да, - подумала Бела, - у этого человека все есть. Несмотря на знатный род, он по-прежнему остался добрым».
- Послушайте, брат Николас, - девушка робко посмотрела в его угольно-черные глаза.
- Да? – спросил тихо монах.
- Я думаю, может быть, посидим где-нибудь в тени…
- Конечно.
Они уселись на шелковую траву на холме, откуда открывался вид на Рим. Везде сновали люди, были видны деревушки, постоялые дворы, амбары и ветряные мельницы. Вдалеке на горизонте виднелся сам Рим – столица всех столиц. Дворцы, башни, храмы – все создавало величественный вид.
Смотря на это, Набару глубоко вздохнул. Ему вспомнилась его родная Япония, дом, в котором он жил, сады и сакура. Этот человек никогда не думал, что станет монахом-христианином и отправится в этот ненавистный ему Рим.
- О чем вы так задумались? – спросила вдруг Бела.
- Так, ни о чем. Просто иногда… вспоминается мне дом моих родителей. Скучаю я очень.
- А кто ваши родители?
- Мой отец служил сначала простым самураем у господина Овари Нобунаги. Но мой отец оказался довольно хитрым человеком. Он проникся доверием к своему сюзерну и поэтому возвысился в ранге. Он побеждал в битвах, у него была своя собственная тысячная армия. Когда господин Нобунага покончил жизнь самоубийством…
- Боже, почему он это сделал?
- Какая бы ни была причина, власть перешла к его лучшему генералу, Тоетоми Хидэеси. Тогда мой отец на время оставил службу и переехал на остров Кюсю.
- А что это за остров?
- Это самый южный остров Японии.
- И что же потом случилось с вашим отцом?
- Потом отец построил большой дом на берегу моря и женился на моей матери, которая являлась дочерью самурая.
- Значит, по сути дела, вы тоже самурай?
- Да, мне оказали такую услугу даже несмотря на мой сан.
Наступило молчание. Бела ближе подсела к Набару и стала ласкать его лицо. Монах отшатнулся в сторону, пытаясь сообразить происходящее.
- Бела, зачем ты это делаешь? Ты же знаешь, мне нельзя, я дал обет безбрачия.
- Я…я не хотела ничего такого сделать…
- Дело не в этом, - он глубоко вздохнул, - прости меня, но я не могу, мне нельзя.
- Я понимаю. Я виновата, простите меня.
Николас наклонился над ней и ласково посмотрел в ее глаза, сказав:
- Бела, пойми. Я несчастный человек. Ты думаешь, я сам избрал себе данный путь? Нет! Если хочешь знать правду, португальцы вместе с моим отцом заставили меня принять христианство и погрозили, что если я откажусь, они убьют меня. Мне тогда было всего лишь тринадцать лет.
Девушка захотела его утешить, но Набару ответил:
- Пожалуй, я пойду, а то отец Георгий уже заждался.
Бела смотрела, как высокий монах быстрым шагом направился в сторону монастыря, где его ожидали новые испытания.
XVII глава
Войску Бунтаро удалось прорваться через осаду к одному городу. Горожане расставили везде часовых, чтобы они сообщали о приближении врага. Отряд Бунтаро попал было в засаду, но смелым самураем удалось прорвать оборону, что не сулило ничего хорошего для корейцев.
Подъехав к первому попавшемуся городу, Бунтрао отдал приказ окружить его со всех сторон, а прорвавшись во внутрь города, поджечь все дома кроме храмов.
Жители этого небольшого городка отчаянно защищались, метая в своих врагов камни, стрелы. Один раз горожане вылили на самураев расплавленный свинец, и количество японских воинов сильно сократилось.
Бунтаро, видя мужество жителей города, понял, что голыми руками его не взять. Тогда он приказал приготовить таран, с помощью которого удалось проломить ворота города. Воины Бунтаро вбежали в образовавшуюся брешь , стали уничтожать все на своем пути. То, что им нравилось, они забирали себе, жителей уводили в плен. Кто пытался сопротивляться, тем отрубали головы.
Сам Бунтаро активно принимал участие в бою. Он рубил тех, кто попадался на его пути: женщин, стариков, детей. В конце концов мужчина почувствовал боль в руке. Тогда он вспомнил о припрятанном за пазухой пистолете. Бунтаро достал пистолет и выстрелил в одного ремесленника, который бежал со своей семьей от врагов. Мужчина упал замертво.
- Я умею стрелять из пистолета! – радостно воскликнул Бунтаро и спрыгнул со своей лошади.
Он крупными шагами прошел на середину площади и спросил у одного самурая: