– Почему? – одновременно с Санрайз спросил я.
Дарлис взглянул на меня, словно я был лишним в этом разговоре и во мне даже проснулась совершенно детская обида, но я подавил ее и спокойно ответил на взгляд Игоря. Смирившись с моим присутствием, он сказал:
– Слидгарт прямо перед моим приездом принял гонца из Кельморна, он принес весть о бегстве Давилара из тюрьмы.
– Проклятье! – выругалась Санрайз.
– Одна напасть за другой, – покачал головой Суртур, – Владычице Элидрис следовало послушаться совета короля Слидгарта и казнить мерзавца еще в день освобождения Кельморна!
– Давилар ее отец, – напомнила Санрайз, устало прижав руки к вискам, – Она не могла его казнить.
После всего, что пережил, я как-то думать забыл о чокнутом папаше Владычицы эльфов Элидрис, пособнике Амерона. Когда она решила оставить его в живых, я подумал, что это больше не наша забота. Мы рвались вперед к Разлому и я наивно полагал, что наши пути больше не пересекутся, но очевидно ошибался. Теперь Андрей женился на Элидрис и обзавелся еб…тым тестем, который обещал нас прикончить и бежал из тюрьмы...
– Сейчас Пиксель с Андреем пытаются его найти, – вздохнул Дарлис, – Так что на праздник они не приедут.
Санрайз тряхнула головой, словно гоня прочь скверные мысли и посмотрела на нас:
– Значит, придется отправиться к ним.
– Если угодно, миледи, я готов лично выехать в Кельморн, – предложил Суртур, – Но прежде мне нужно доложить Его Величеству о том, что произошло здесь.
– Его Величество дождется утра, как и все мы. Я не позволю вам покинуть Барлитейн без ужина и отдыха.
– Не посмею вам отказать, миледи, – улыбнулся лейтенант.
Санрайз обвела нас взглядом своих невероятно синих глаз, заключив:
– Вернемся в дом, а утром решим, как поступить.
Я был готов выполнить любое ее пожелание, потому спорить не стал. Даже если Кранадж уже вовсю мчит сюда с армией, сил ему противостоять у меня все равно не было. Лишь теперь, когда Санрайз и Элан оказались в относительной безопасности, я позволил себе выдохнуть, мигом ощутив, как усталость наполнила тело.
Повинуясь решению Санрайз, мы направились к дому, оставив трупы бандитов падальщикам. Отбросив на время все насущные мысли, я не мог отделаться только от одной: как и когда сказать правду Санрайз. Не в силах решить этот вопрос, я позволил Дарлису занять место рядом с ней на узкой тропе, а сам шел на шаг позади.
Мне не хотелось этого признавать, но Санрайз как будто чуть оправилась от нападения, когда рядом появился Дарлис и теперь тень тревоги, в которой я был повинен, заметно отступила от ее лица.
Взглянув на Игоря, я, было, подумал, не стоит ли сперва признаться ему, но ревность все еще отравляла мой разум и от этой идеи я отказался, невольно поймав себя на мысли, что мне глубоко безразлично узнает он о моем возвращении или нет. По крайней мере, сейчас.
Ночь шла на убыль и, покорившись усталости, я отложил решение на потом, полностью сосредоточившись на том, чтобы просто переставлять ноги.
Удивительно. Совсем недавно я шел этой дорогой с Эланом, воображая себя его отцом, а теперь со мной была Санрайз – его мама. Ощущение полной идиллии ночной прогулки нарушал только проклятый Дарлис, не отстающий от Санрайз ни на шаг и пыхтящий рядом Суртур.
Глядя на Игоря и Санрайз, обменивающихся фразами, я снова почувствовал себя лишним, выброшенным за борт жизни. Память все рисовала, как они обнимаются, пробуждая во мне выжигающую ревность, она была столь сильной, что ее, похоже, заметил Суртур, криво улыбнувшись мне:
– Если вы намерены променять гвардейские доспехи на внимание миледи Санрайз, рекомендую подумать дважды.
Я спешно отвел взгляд от Санрайз к горизонту, но подходящего ответа там не нашлось, и я снова уставился под ноги.
– Не сочтите за оскорбление, но миледи отказывала и более достойным кандидатам.
Я не удержался от горькой усмешки, вспомнив этих кандидатов, и что некоторым отказывал именно я, пребывая в теле Санрайз.
Ответив Суртуру улыбкой, я заверил его, что не оскорблен. Возможно, стоило убедить его, что я не намерен искать любви Санрайз, но я не стал. Очевидно, было поздно. Старик оказался весьма проницательным, а я охмеленный чувствами не мог оторвать глаз от Санрайз, да и с тех пор, как признался ей в любви, после того как об этом узнала Вероника, мне было плевать, что думают окружающие.
Внезапно вспомнив о Веронике, я, наконец, переключился на мысли о ней и даже оглянулся по сторонам, словно она могла в любой момент оказаться рядом, вместе с Джеймсом. Пожалуй, это сильно бы упростило мне жизнь и признание, но залитое лунным светом поле было тихим и пустым, только ветер играл короткой травой. Я снова задумался над тем, что они могли меня кинуть. Вероника не горела желанием сюда возвращаться, а Джеймс…, даже если он потерял свою подружку из-за игры, перспектива снова оказаться на русском сервере могла отпугнуть его от возвращения.