– Что они сделают, если поймают меня?
Мне казалось, что в этом чудном мире даже стражи будут вести себя как-то чудно. Оказалось, я была не далека от истины.
– «Не знаю даже… Я сам не попадался, тем более на избиении полицейского, но обычно они составляют протокол, заводят дело, потом наверно в суд передают, а там уже решается, насколько тебя посадить в камеру…»
– В темницу?
– «Да, вроде того».
– А казнь?
Я спрашивала Пикселя, будто из страха, но боялась больше за Диму. Мне совершенно не хотелось подставлять его.
– «У нас не казнят, только сажают в тюрьму».
Я выдохнула с облегчением. Удивительно, что при таких наказаниях, люди не калечат стражей каждый день. Впрочем, Пиксель быстро развеял иллюзию безнаказанности для меня:
– «Но для вас с Димкой и срок в тюрьме вряд ли сказкой покажется. Особенно если посадят лет на десять».
Я мысленно согласилась и, добравшись до очередного поворота, уточнила маршрут у Сереги. Мне удалось пройти еще метров сто в его компании, за это время он в двух словах рассказал мне о событиях в Мисталире, о своем поединке с Лергосом, приукрашивая его яркими эпитетами, о том, что Дима признался Веронике в том, что мы меняемся с ним телами, и письме, которое Дима должен был написать мне. У меня в голове скопилась масса вопросов, но задать их я не успела. На следующем переходе телефон замолчал… Убрав телефон от уха, я посмотрела на него. Открыла список, где было имя Пикселя, и попыталась вызвать его на связь снова. Телефон отозвался уже знакомыми гудками.
– Проклятье!
Осмотревшись по сторонам, я к своему облегчению заметила знакомые улицы, даже место, до которого добралась в первый раз, выйдя из квартиры Димы. Отсюда до нее было не далеко. Еще раз взглянув на телефон, я невольно засмотрелась на цифры, которые вроде бы означали время. Я так до конца и не разобралась в чудном устройстве связи, но мне показалось, что эти цифры совсем не изменились, все те же пятнадцать и сорок семь. Решив, что едва ли смогу разобраться в этом, я сунула телефон в карман и буквально через пару шагов провалилась в темноту…
– Да еб…сь оно в пиз…у, я сваливаю отсюда!
Крик будто разбудил меня. Потребовалось какое-то время, чтобы осознать происходящее. Крик был женский и полный злости или даже ярости. За ним последовал звон металла, от которого я, наконец, открыла глаза. Мгновение назад я шла к дому Димы и вот я в совершенно незнакомом месте.
– Эй, ты как?
Надо мной склонилась Вероника. Ее розовые волосы были растрёпаны, будто она пыталась их выдрать. На ней по-прежнему было тоже платье, какое она носила в оазисе, а в руке сверкал кривой меч маршакри.
– Выглядишь хреново, – Оценила она мой вид.
– И чувствую себя так же, – Призналась я.
Я не была готова к столь резкому возвращению. Не было ни мгновения, чтобы адаптироваться. От этого не хотелось верить собственным глазам, все казалось иллюзией, обманом. Я даже боялась пошевелиться, вдруг снова окажусь на зимних улицах Диминого города. И в тоже время я в панике осознавала, что не успела дойти до дома Димы каких-то пару десятков шагов. Что если он не вернулся в свое тело? Что если полицейские найдут его распластавшимся на дороге?!
– Вставай уже, что развалился?
Вероника прошлась где-то рядом, а я все так же лежа, на время отложила мысли о Диме и посмотрела вокруг. Похоже, мы все еще были во дворце эльфов, у самого входа. Зал, в котором я оказалась, поражал своей красотой и помпезностью. Эльфы Мисталира денег явно не жалели. Здесь, в этих богатых покоях казалось еще удивительней, что они сбежали, бросив свой город.
– Я предлагаю сваливать отсюда. К х…ям этот портал…, и лут! Наверняка ушастые ублюдки все забрали, – Раздраженно высказалась Вероника, – Дождемся остальных и попрем к Скирату.
Я кое-как села, с удовольствием ощущая собственные руки и ноги. Удовольствия было бы еще больше, если бы они так не ныли. Еще больше болел живот, и какое-то мгновение я грешила на съеденный пирожок, пока не напомнила себе, что это было в другом мире и в другом теле. Что здесь произошло? На мне тоже была прежняя одежда, оставшаяся с оазиса, а на полу рядом лежал мой меч. Но никаких коллекционеров рядом не было. Роскошный зал был пуст, не считая меня и обозленной Вероники.
– Есть возражения?
Вероника посмотрела на меня.
– Мы погибли? – Не решительно спросила я, растирая ноющий живот.
– Что, даже не заметил, как тебя пырнули? Счастливчик! Я до сих пор ощущаю вкус крови во рту.
Значит, мы действительно погибли… Шума боя я не слышала и порталов поблизости не видела, видимо мы оказались где-то в другом месте, там, где Дима сохранился.
– Мне нужно к порталу, – Сказала я, поморщившись от собственного голоса.
Никогда не думала, что мой голос может показаться мне незнакомым. Похоже, за время общения с Пикселем и той девушкой в «Лавке пекаря», я успела привыкнуть к голосу Димы.