Французы еще только подумывали о размещении производства FК-58 на заводах своей авиапромышленности, измученной слияниями и политикой прототипов. Но пока Франция лишь выгадывала себе перспективы, очередная делегация восточных военных, посетила Голландию, и впечатленная рекламными проспектами новой машины, предложила свой вариант счастливого будущего фирме 'Кулховен'. Вот так, конкурент голландской авиафирмы 'Фоккер', внезапно для себя стал обладателем вкусного зарубежного контракта. Правда, сам контракт оказался довольно странным. Китайско-монгольская делегация в этот раз поставила в известность, производителя, что хочет строить самолеты не в Европе, а где-нибудь поближе к границам Монголии и Китая. Причем такое место должно было быть безопасным, и удовлетворять еще массе разных условий. Предложенные хозяевами голландские колонии на Филипинах, были почему-то забракованы (якобы из-за риска морской войны в регионе), а сам придирчивый заказчик выбрал русское Забайкалье. Там, нейтральный Голландии, Китаю и Франции Советский Союз уже предоставил место для концессии, сырье, электроэнергию и даже рабочих. Поскольку переговоры с русскими прошли еще в ноябре, договор был гостями заключен, и работа там уже шла. На выданном в аренду участке вблизи ответвления железнодорожного полотна Транссиба рядом с Иркутском уже были возведены: ТЭС, поселок, склады авиаматериалов, станочный цех, и даже целый завод по производству фанеры и пиломатериалов. И сейчас туда как раз свозились стальной и дюралевый прокат, просушенное древесное сырье для набора, шпон и полотно для обшивки крыльев будущих самолетов. Несколькими бригадами строителей уже возводились цеха собственно сборочных авиационных производств. Гостями, по великому секрету, было поведано руководству 'Кулховен', что СССР, в силу подписанных с Японией новых договоров о нейтралитете, вынужден сворачивать свою военно-техническую помощь Китаю. Но Китай при этом не хочет переплачивать за получение из Европы боевой техники слишком большие суммы, поэтому на перспективу строит завод в безопасном, но не сильно удаленном месте. При всем при этом, фирменный знак и юрисдикция поставщика остаются полностью голландскими, а значит, приличия и дипломатические церемонии окажутся соблюдены.
Так или иначе, несмотря, на политический кризис и войну в Карелии, на территории СССР началось производство вполне современной авиатехники в бюджетном варианте, но с капиталистическим качеством и с социалистическим размахом производства. Голландские инженеры взялись за дело серьезно. Станки закупались по всей Европе. Из Швейцарии шли прицелы, из Франции радиостанции. Планируемые к установке моторы М-88 (советская реплика 'Гном-Рон - 14") были признаны вполне достаточными для первых серий. Еще одним немаловажным условием стало расположение поблизости нового моторного завода, в областном центре Омске, где лицензионные 'Гном-Роны' начали уже выпускать на мощностях "дублера" запорожского моторного завода N 29. Причем с Рождества там надолго прописались инженеры французской технической делегации завода 'Гном-Рон', занимающиеся наладкой долгое время буксовавшего в СССР производства французских моторов. В это же время на Рыбинском заводе N 26 и Воронежском заводе N 16 в крупную серию под индексом М-106А запускалось производство рядного мотора жидкостного охлаждения 'Испано-Сюиза-12Z'. В качестве альтернативы пока еще малосерийным советским М-105. Взаимовыгодность сотрудничества двух стран в моторостроении была обеспечена крупными обратными поставками произведенных в России моторов во Французские колонии в Африке и Индокитае. Причем ответственность советского поставщика простиралась до выгрузки груза на причалы портов Латакии и Хайфона с последующей гарантией. В трудное военное время, этой комбинацией расширялся выпуск французских моторных заводов (производительность которых не справлялась с постоянно растущими запросами самолетостроителей и ВВС). Заодно, французы экономили на перевозках (ведь Советский Союз не был в состоянии войны и мог отправлять корабли по всему миру без охраны и конвоев). А СССР получал серьезную техническую помощь и развитие своих производств. В Москве опасались, что Лондон надавит на Париж, но воюющим с двумя странами британцам, сейчас было явно не до этого, и "бакинские планы" были надолго отложены. Таким образом, в новом "восточном проекте" оказались задействованы не только китайцы, монголы и русские, но и французы. Голландские инженеры были впечатлены широтой международной промышленной интеграции, и также воспылали трудовым энтузиазмом.
