Очередное нападение произошло в начале мая. Перед самым квиддичным матчем от василиска пострадали две девицы. Что они делали в опустевшей школе, когда все уже отправились на стадион, было совершенно непонятно, но нашли их у дверей библиотеки. Дело приняло очень серьезный оборот. Матч отменили, Альбуса вызвали в Лондон, а Минерва, чуть не плача, собрала нас в учительской и раздала пергаменты, которые следовало зачитать студентам.
- Вводим в школе особое положение, - сделав скорбное лицо, мрачно сообщила она. - Альбус… все очень плохо…
На этом разошлись.
Я спустился вниз и зачитал в слизеринской гостиной этот документ:
- «Все ученики возвращаются в гостиные своих факультетов до шести часов вечера и больше их не покидают».
А смысл? Из всех нападений только первое было совершено ночью, остальные - вечером и днем.
- «На уроки будете ходить в сопровождении преподавателя. Никто не пользуется туалетной комнатой без провожатого…»
- Это как? – тихо спросила Эмма Лоренс, темноволосая шестикурсница с чуть вздернутым носиком. Кстати, магглорожденная.
- Мы с Флинтом будем тебя сопровождать, - засмеялся Эдриан Пьюси.
Что-то Минерва перемудрила. Понятно, что ребята просто не должны нигде ходить поодиночке, но ведь сегодня девушкам это не помогло. Они были вдвоем. И обе лежат теперь в Больничном крыле.
- Вам лучше помолчать, мистер Пьюси. «Все матчи и тренировки временно отменяются». Если кто-то из вас чего-то не понял, то спрашивайте сразу. Я не потерплю, если вы потеряете баллы, шляясь по школе в неположенное время.
Это они знали и так, а потому притихли, и ответа я не дождался.
Фадж был совершенно уверен, что за нападения в школе несет ответственность Хагрид.
- Что-то подобное в Хогвартсе уже было, Люциус! Дамблдор тут совершенно ни при чем. Мне придется арестовать лесничего, и если…
Нет, это меня совершенно не устраивало. Хагрид-то чем помешал? Глупость какая.
Пришлось поговорить с попечителями. С каждым по отдельности. Это дело сильно затянулось, и в школу я попал только к ночи. Зато с нужным документом в руках.
Министр уже был там. Сражался с Дамблдором за великана-убийцу.
- Вы уже здесь, Фадж, - поприветствовал я его, входя в хижину Хагрида. - Превосходно!
Надо все закончить как можно быстрее. Даже хорошо, что мне придется вручать директору решение об отстранении от должности при свидетелях.
- А вы… вам… что здесь надо? – заорало на меня это волосатое чудовище. – Вон… да! То есть… прочь из моего дома!
Какой агрессивный великан. Как моего ребенка в Запретный лес по ночам таскать, так это можно. Да если бы не Айс, я бы от тебя еще год назад мокрое место оставил.
- Мне не доставляет ни малейшего удовольствия пребывание в этом, - я с плохо сдерживаемым отвращением оглядел его грязную лачугу, - с позволения сказать, доме. Я искал директора, и мне сообщили, что он у вас.
- Что вы от меня хотите, Люциус? – подчеркнуто вежливо спросил Дамблдор, и я вдруг отчетливо вспомнил сразу все, за что я его ненавижу.
Абсолютно все. Начиная с тех двух писем, которые он написал моему отцу, как только я приехал в школу. И заканчивая тем, что даже сейчас он смеет называть меня просто по имени.
Надо успокоиться. Иначе неинтересно.
Я усмехнулся.
Кончилось твое царство.
- Ужасное известие, Дамблдор, - я протянул ему свиток пергамента. – Попечители решили, что вам пора покинуть пост директора. Вот приказ о вашем временном отстранении. На нем все двенадцать подписей.
Фадж буквально позеленел от ужаса. Пришлось сделать некоторые разъяснения. Специально для него.
- Боюсь, вы перестали владеть ситуацией, Дамблдор. Сколько уже было жертв? Сегодня еще две, не так ли? Если преступника не остановить, то в Хогвартсе скоро вообще не останется полукровок.
- Отстранение Дамблдора? Это невозможно! – к министру наконец вернулся дар речи. – Это уже совсем крайность… Послушайте, Люциус…
- Назначение или отстранение директора – прерогатива Попечительского совета, Фадж, - отчеканил я, чтобы он получше это запомнил. – И раз Дамблдор не в силах справиться с разгулом преступности…
- Дамблдор не в силах?! А кто же тогда в силах?!
Да никто. Никто с нашим Лордом не справится. И говорить не о чем.
- Это мы скоро увидим, - я улыбнулся. – Обратите внимание, проголосовали все двенадцать…
Еще бы они не проголосовали.
Хагрид вскочил на ноги, чуть не ткнувшись головой в крышу своей убогой лачуги.
- А-а! – взревел он. – Скольким же вы… вам пришлось…
Не пришлось. Вот не поверишь. На этот раз ни сикля не заплатил. Никому. Сам удивился.
- Вы надавили… напугали, и люди согласились!
А что тут такого, хотел бы я знать. Раз согласились – вопрос закрыт. Если бы Дамблдора любили и уважали так сильно, как тут некоторые пытаются изображать, то не получилось бы у меня все настолько легко и быстро. Этот мерзкий старик тоже свои дела не просто так ведет. Вон как Айса обработал - смотреть противно. Мы с ним на равных играем. И нечего тут сопли возить. Поборник добра и справедливости. Великан, исключенный из школы за убийство. Не смешите мои ботинки.
