В первый раз он перепугался. Спрыгнув на пол, превратился в человека и уставился на меня зло и воинственно. Я молча поднял скинутое им с подоконника одеяло, отряхнул его и бросил на постель.
Во второй раз он сделал это сам.
После третьего, наконец, соизволил открыть рот и долго втолковывал, что его накрывать не нужно, потому что он никогда не мерзнет. При этом внятно объяснить, почему он никогда не мерзнет, не смог.
В итоге он хотя бы начал со мной разговаривать.
- А разве они умеют это делать?
Отвечать вопросом на вопрос всегда считалось хамством.
Но такое поведение у них семейное.
Айс тоже так делал сплошь и рядом. Пришлось пропустить мимо ушей.
- У них ведь получилось год назад.
- Ничего у них не получилось, - фыркнул он. – Кто их держал? Ушли дементоры, и они ушли. Вы же ничего не умеете. Вы штурмовики. Если дать вам всем палочки, вы перебьете охрану и сбежите. В полной уверенности, что у вас «получилось».
- Это не будет побегом?
- Это будет бунт. И погром. Такой вариант развития событий не имеет ничего общего с тонким искусством побегов.
- Ты умеешь? – это было интересно.
- Нет, - после небольшой паузы признался он. – Теоретически только.
- И?
- Что?
- Ну, мы-то и теоретически не умеем. Рассказывай.
Попытки сбежать от Дамблдора напоминали мне о попытках сбежать от собственной тени.
Как только мне удавалось отделаться от него в школе, я мчался в Ашфорд.
И что я находил дома?
Правильно. Все того же Дамблдора. Вместе с его бесконечными пергаментами.
Но если в Хогвартсе я мог послать его к черту, то в Ашфорде это становилось невозможным.
Он – гость.
Я - хозяин.
Вопрос закрывается автоматически.
Максимальной абсурдности ситуация достигла, когда мы с ним встретились на Тревесе через двадцать две минуты после того, как поссорились в Запретном лесу. За это время я успел вернуться в школу, снять по десять баллов с двух первокурсников из Равенкло за уроненные на пол при моем приближении пирожные, поругаться до кучи с МакГонагалл, разбить колбу с антитромбозным разжидителем, который тут же превратил мой кабинет в болото, послать к дьяволу явившегося на отработку гриффиндорского второкурсника Майкла Конренса, догнать его на лестнице в мантии-невидимке Фэйта и подчистить память, подвернуть на обратном пути ногу, привести кабинет в нормальный вид, вправить вывих и отправиться домой, пока не натворил еще чего-нибудь.
Что успел за это время Дамблдор, осталось невыясненным. Вид он имел горестный, и я сразу остыл.
- Вам помочь, Альбус?
- Ты уже обещал мне помочь. А потом «передумал».
Начинается.
- Я не передумал.
Ладно, я кругом виноват. Я угрожал ему, чего уж там.
- Альбус, я сделаю все, что обещал вам. Но Драко оставьте в покое.
- Он чуть не убил Рональда Уизли.
- Так не убил ведь.
- Только благодаря Гарри.
Ну да. Наша новая звезда зельеделия.
- Забудьте о Драко Малфое. И все будет отлично.
- Мне бы твою уверенность, - тяжело вздохнул он, пытаясь обожженной рукой развернуть очередной свиток.
- Что у вас не получается? – спросил я, расправляя для него на столе пергамент.
- Бездумное волшебство, видишь ли, еще никогда ни к чему хорошему не приводило.
- Кто наколдовал? Вы?
- И я тоже, - грустно ответил он. – Ступай, Северус. Ничем ты тут не поможешь.
- Кеса нет?
- Есть. Занят чем-то.
Я достал палочку, подвинул диван к пылающему Западному камину и лег спать. Буду нужен - Кес разбудит.
Проснулся я без ботинок и без плаща. Зато с двумя подушками и под пледом.
Дамблдор сидел на столе с чашкой чая в руках и с довольным видом наблюдал за читающим его пергаменты Кесом. Как только Кес поднимал голову, чтобы задать какой-нибудь вопрос, лицо директора мгновенно становилось страдальческим.
Кажется, он своего добился.
- Судя по всему, он сделал из башни обособленный модуль. Который в своих расчетах упорно записывает как отрицательный.
- Почему? – спросил Альбус.
- Потому что, видимо, он действительно отрицательный.
- Так может быть?
- Нет. То есть может, конечно, но…
- Что?
- Если бы так было, то физически этой башни уже бы не было. И, соответственно, его тоже. Ты уверен, Альба, что все это до сих пор там есть?
Мне всегда становилось неуютно, когда Кес начинал говорить о пространстве. Но Альбус отнесся к его вопросу спокойно.
- Думаю, да, - ответил он.
Кес, не отрывая взгляда от расчетов, в задумчивости водил пальцами левой руки по нижней губе.
- Как все это получилось?
- Я много раз говорил тебе: он не знает.
- Нет, опиши, как такое вообще могло произойти.
- Я защитил крепость. И башню. Чтобы он не мог оттуда выйти. Но он все время ломал мою защиту. Я снова ее укреплял.
- Это ты его так развлекал?
- В какой-то степени. Ему нравилось разгадывать мои головоломки, а мне - придумывать новые.
- Достойное занятие. Как раз на пятьдесят лет хватило.
- Потом он что-то неудачно… И я больше не смог туда попасть.
- И ты уверен, что он сделал это не нарочно. Вариант, что ему за столько лет осточертели и твои загадки, и ты сам, не рассматривается?
- Нет. Он испугался. Мы ничего не смогли с этим поделать. Любая следующая трансформация уничтожит башню.
- У него есть волшебная палочка?
- Да.
- Чья?
- Моя.
