Что еще? Алекто бесится. Чего, спрашивается, выступает? Под Белл косит, не иначе. Дура безмозглая. Тебе до нашей Белл - как Поттеру до Шефа.
И оборотень очередной. Так вам и надо, господин директор. Вы же любите оборотней. Наслаждайтесь. Не только же мне их подсовывать.
— У нас тут проблема, Снейп, — сказал Амикус, держа свою палочку направленной на директора, — мальчишка, похоже, не может…
Почему молчит Поттер? За подмогой побежал?
Да нет, никуда бы он не ушел.
Он же герой.
Я сунул левую руку, на которой и так уже была цепочка от часов, в карман и нашарил перстень. Поттер мигом вылетел у меня из головы. Часы! Надев перстень, я сразу понял, зачем они у меня в руке. Темный Лорд поднялся на башню. Он стоит там. Стоит и ждет. Аккурат между отражателем и магнитом. У нас меньше двенадцати составляющих. Все будет вовремя.
Я замешкался, немного оглушенный этим знанием, снял перстень и крепче вцепился в цепочку часов. Хорошая вещь. Очень удобно все успевать и никогда никуда не опаздывать.
- Северус…
Я посмотрел на него. Да, сейчас.
Поттер у стены, в мантии, напуган до смерти. И, кажется, обездвижен.
Не забыть бы его здесь.
Как все это… отвратительно. Я втайне надеялся, что мне удастся продержаться на должности профессора по защите дольше года. Гораздо дольше. Никому не удавалось. А мне бы удалось! И что теперь? Я вылетаю отсюда точно так же, как Люпин с Локхартом?
Потрясающая компания.
Особенно для меня.
Дамблдор окончательно сполз на пол и дышал как будто через силу.
- Северус, пожалуйста… - умоляюще прошептал он, и я почувствовал, что, кроме всего прочего, кроме страха и бессилия, ему еще и больно. Невероятно больно.
Тянуть дальше было невозможно.
Альбус.
Отражатель.
Часы.
- Avada Kedavra!
Зелёный луч угодил директору точно в сердце. Тело стало медленно падать навзничь, перевалилось через зубчатую стену и исчезло из виду.
— Скорее уходим, — я схватил застывшего от ужаса Драко за шиворот и вытолкнул его в дверь на лестницу, между делом освободив Поттера. Пока мальчишка поймет, что может двигаться, пройдет еще пара минут. Успеем.
Вот уж никогда даже предположить не мог, что буду покидать Хогвартс таким нечеловеческим способом. Обернувшись, я в последний раз окинул взглядом холл, мраморную лестницу, наши часы с изумрудами…
Стоп.
Вдали слышались выкрики, и Драко уже вцепился в двери, пытаясь их открыть, но никого не было видно. Я притормозил на секунду и с невероятным удовольствием разбил заклинанием гриффиндорские часы.
Это было потрясающее зрелище.
Медленно и неотвратимо Гриффиндор терял все заработанные за год очки. Рубины с грохотом сыпались на пол, а я стоял, как зачарованный, и смотрел на эту прекрасную картину.
Если уж мне не преподавать здесь больше, то я хоть напоследок снял с этих уродов все баллы.
Вот так вот.
Одним ударом.
И сразу все.
Никому не удавалось.
За всю историю школы.
- Профессор! – испуганно выкрикнул Драко от дверей. – Скорее!
Я с сожалением оторвал взгляд от высыпающихся рубинов и, сильно западая на левую ногу, побежал к дверям.
Я богословьем овладел,
Над философией корпел,
Юриспруденцию долбил
И медицину изучил.
Однако я при этом всем
Был и остался дураком.
История пространственно-временная, в которой Темный Лорд Волдеморт осознал бескрайность своих возможностей, а профессор Снейп - ограниченность возможностей Старейшего Князя. А еще о глубине души человеческой. И вообще, о ее наличии.
Айс был мне не рад.
Вид имел какой-то затравленный, взгляд тоскливый и спину стал сутулить. В общем, когда я на него поглядел, мелькнула мысль, что это не я год в тюрьме сидел, а он.
То ли дело Нарси.
Всю ночь проревела.
Это было приятно.
И, конечно, я узнал от нее обо всем, что случилось в мое отсутствие.
Но ведь и с Айсом надо было о чем-то говорить.
- Как я должен это понимать?
- Что именно? – он и не думал защищаться. Если я тоже настолько постарел за этот год, то можно пойти повеситься. В таком виде жить нельзя.
- Почему ты ничего не сказал мне? Нарси чуть с ума не сошла от беспокойства.
- Тебе тоже хотелось?
Да ладно. Заботливый ты мой.
- Ты должен был мне рассказать.
- Кес запретил, - я, сам от себя не ожидая, свалил все на отсутствующего.
И вот пусть только попробует этот мерзкий казуист меня сдать. Я все им сделал. И ему, и Дамблдору, и, как теперь выяснилось, Гриндельвальду. «Гил». «Старый приятель Альбы». Они так и собираются меня за дурачка держать? До старости?
- Послушай, Фэйт. Когда ты попал в тюрьму… В смысле, когда я попал, но все думали, что ты, мог ли кто-то хотеть твоей смерти?
