Оставив на полу плащ и маску, я медленно побрел вверх по лестнице. На площадке кто-то вылетел мне навстречу, радостно выкрикнув: «Impedimenta!» прямо в лицо, но в последний момент он успел отвести палочку в сторону, разнеся при этом вдребезги огромное зеркало в старинной бронзовой раме. Идиот. Видит же, что я больше не играю.
- Убью! – лениво кидаю я в его сторону и, не останавливаясь, прохожу мимо.
Судя по голосу, это был Уилкс. Но не уверен.
Найдя одну из спален в наиболее отдаленной части дома, я, не глядя, заваливаюсь на постель, вяло думая о том, что надо бы хоть ботинки снять. Но открыть глаз уже не могу.
Из дремотного состояния меня выводят посторонние звуки. Какие-то неправильные звуки. Если бы наши прибежали играть прямо сюда, я бы, пожалуй, и внимания не обратил. А тут что-то... непривычное. Всхлипывания... Плачет кто-то. Чуть приоткрываю глаза и пытаюсь оглядеться. Темно.
- Lumos!
Девчонка! Честное слово, девчонка! Здорово. Я усмехнулся. Сидит на подоконнике и разглядывает меня, надув губки. Мелковата, пожалуй, а так ничего. Я моргнул еще пару раз, на случай, если мне это кажется, и, даже, признаюсь, ущипнул себя за руку. Ну, совершенно неоткуда ей здесь взяться.
- Чего ревешь?
- Вовсе не реву. Вот еще!
- А чего ты тогда здесь делаешь?
Учитывая, что я так и лежу на кровати задом кверху, разговаривать мне неудобно. А как изменить положение, я не знаю. Если перевернуться на спину, то я вообще перестану ее видеть. А мне бы не хотелось выпускать ее из поля зрения. Потому что по моим сведениям никаких девчонок здесь быть не должно. Точно не известно, что это такое. На боггарта тоже вроде бы не похоже. Мой боггарт всегда приобретает форму огромной маггловской книги, на которой золотыми буквами написано: Josef Dorfman «The Economic Mind in American Civilization», New York, 1946-1959. С чего бы ему превращаться в девчонку с надутыми губками.
- Я прячусь. От них.
От меня, значит. А зачем?
Я резко поднимаюсь и начинаю пятиться к двери, под ее удивленным взглядом.
- Никуда не уходи, - быстро выговариваю я, выходя спиной в коридор и захлопывая дверь.
- Эй, хватит носиться! Идите сюда! – звучит на весь дом голос Фэйта, усиленный заклинанием «Sonorus».
Чтоб его! Он же спать собирался.
Если на первом свидании, Вы сжигаете
дотла ее деревню, значит Вы викинг.
Из м/с «Симпсоны»
Я сижу в гостиной на первом этаже. И я уже трезв до неприличия. Айс и Белл материализуются возле меня довольно быстро. Остальные подтягиваются, снимая маски.
- Ну, в чем дело, Люци? – недовольно тянет Белл. - Ты же видишь, что мы еще играем.
- Я обнаружил девчонку. Наверху в спальне.
Руди начинает ржать:
- Скажи лучше, где ты их не обнаруживаешь?
Остальные присоединяются. Придурки.
- Ты знаешь, кто это? – обращаюсь я к Белл.
- Интересно, если я сейчас скажу «нет», что ты станешь делать, Люц? – задумчиво глядя на меня, произносит она.
- Пошли посмотрим, - Розье решительно направляется к лестнице.
Ага! Два раза. Перебьешься. Я первый нашел.
- Petrificus Totalus! – кидаю я ему в спину, одновременно пожимая плечами на укоризненный взгляд Уилкса.
Айс ухмыляется. Он доволен. Вот и отлично.
- Ну так что, Белл?
Она большими глотками выпивает полный бокал красного вина и начинает смеяться:
- Да сестра это моя.
- У тебя есть сестра? А почему ты никогда не говорила?
- У меня две младшие сестры, обе дуры набитые, и почему я должна об этом говорить? Ты что, спрашивал?
Справедливо, пожалуй.
- А зачем она прячется?
- А она вас боится, - хохочет Белл.
- Непостижимо! Твоя сестра? Вот эта кнопка белобрысая?
- На себя посмотри! – рявкает Белл.
Не люблю пьяных девчонок. Впрочем, ведь одна трезвая здесь есть.
И я пошел наверх.
Когда начался пожар, я не уловил. Я вообще-то спал. Фэйт расталкивал меня, предварительно встряхнув за шиворот и громко выкрикивая плохо воспринимаемые угрозы. Выскочив на улицу, я с удивлением смотрел на пылающий дом, не осознав до конца, что это уже не сон. Холод собачий. Да уж, ноябрь - это вам не май...
Что-то я проспал самое интересное.
Автоматически пересчитав наших, я обнаружил рядом с Фэйтом незнакомую девицу, завернутую почему-то в его плащ. Смутно всплывали обрывки каких-то воспоминаний... Нет, не помню.
Что же тут произошло?
Белл находилась в состоянии панического ужаса, и если бы это не противоречило всем ее принципам, наверное, разрыдалась бы. Потушить пожар уже нереально. Надо было меня раньше разбудить. Хотя, все равно бы не вышло. Я не умею.
Грязные, перепуганные и невыспавшиеся мы сидим в гостиной Имения, аппарировав сюда минут десять назад. Белл сразу обвинила меня в случившемся, хотя не могла знать точно. Интуиция. Я и не отнекивался особо. Чем же я виноват? Так получилось. Не нарочно ведь.
Бледная, светловолосая, ничем не примечательная девица. Вот уж никогда не сказал бы, что она родная сестра нашей Белл. Странно даже...
Но крайне познавательно. Потому что раньше ни одну из своих «подруг» Фэйт не приводил в нашу компанию.
