– Эйерис был безумен и жесток, этого никто не отрицает. Однако он оставался королем, коронованным и помазанным, а ты поклялся защищать его.
– И знаю, в чем я клялся.
– И что сделал потом, тоже знаешь. – Она нависла над ним шестью футами мрачного, веснушчатого, с лошадиными зубами осуждения.
– А ты что сделала? Мы оба здесь цареубийцы, если то, что я слышал, правда.
– Я неповинна в смерти Ренли. Я убью всякого, кто будет утверждать обратное.
– Начни тогда с Клеоса. А потом тебе еще многих придется порешить, судя по его рассказу.
– Это ложь. Леди Кейтилин была там, она видела, как убили его милость. Там была тень. Свечи погасли, в шатре похолодало, а потом хлынула кровь…
– Прекрасно, – засмеялся Джейме. – Ты соображаешь быстрее, чем я, должен признать. Когда меня застали над телом моего короля, мне и в голову не пришло сказать: «Нет-нет, это не я, это тень, ужасная холодная тень». Скажи по правде, как один цареубийца другому: кто заплатил тебе за то, чтобы ты перерезала ему глотку, – Старки или Станнис? А может, Ренли пренебрег тобой? Или у тебя в ту пору месячные случились? Нельзя давать женщине в руки оружие, когда у нее лунные кровотечения.
Ему показалось, что сейчас Бриенна его ударит. «Ну, еще шаг – тогда я вырву кинжал у нее из ножен и всажу ей в живот». Джейме уже подобрал ногу, готовясь вскочить, но женщина не двинулась с места.
– Быть рыцарем – это редкий и драгоценный дар, – сказала она, – тем более рыцарем Королевской Гвардии. Такой дар дается немногим, а ты презрел его и осквернил.
«Дар, которого ты, женщина, отчаянно желаешь сама, но никогда не получишь».
– Я честно заслужил свое рыцарское звание. Даром мне ничего не давалось. Я выиграл общую схватку на турнире в тринадцать лет, еще оруженосцем. В пятнадцать я выступил с сиром Эртуром Дейном против Братства Королевского леса, и он посвятил меня в рыцари прямо на поле брани. Не я замарал белый плащ, а он меня, так что избавь меня от своей зависти. Это боги позабыли снабдить тебя мужским членом, а не я.
Бриенна наградила его полным ненависти взглядом. «Она охотно изрубила бы меня на куски, если б не ее хваленая клятва. Ну и хорошо. Довольно с меня высоконравственных проповедей и девичьих бредней». Женщина отошла, не сказав больше ни слова, и Джейме свернулся под плащом, надеясь, что ему приснится Серсея.
Но ему приснился Эйерис Таргариен – король расхаживал один по тронному залу, ковыряя свои покрытые коростой руки. Этот болван вечно умудрялся поранить себя об острия и шипы Железного Трона. Джейме проскользнул через королевскую дверь в своих золотых доспехах, с мечом в руке. «Золотые доспехи, а не белые, только об этом никто не помнит. Надо было снять заодно и тот проклятый плащ».
Эйерис увидел его обагренный клинок и осведомился, чья это кровь – не лорда ли Тайвина? «Мне нужно, чтобы этот изменник умер. Мне нужна его голова, и ты мне ее принесешь, а иначе я сожгу тебя со всеми остальными. Со всеми предателями. Россарт говорит, что они прячутся в стенах! Ничего, скоро им станет жарко. Чья это кровь?
«Россарта», – сказал Джейме.
Тогда пурпурные глаза округлились, и королевский рот в ужасе раскрылся. Эйерис обмарался и побежал к Железному Трону. Джейме под пустыми взорами черепов на стенах стащил со ступеней последнего короля-дракона, визжащего, как свинья, и воняющего, как выгребная яма. Потребовалось лишь раз полоснуть по горлу – больше ничего не потребовалось. «Как все просто, – подумал он тогда. – Король не должен умирать с такой легкостью. – Россарт по крайней мере оказал сопротивление, хотя, по правде сказать, дрался он как алхимик. – Странно, что никого никогда не занимало, кто убил Россарта… впрочем, он был низкого рода. Десница на час, еще одна причуда Безумного Короля».
Сир Элис Вестерлинг, лорд Крейкхолл и другие отцовские рыцари ворвались в зал как раз вовремя, чтобы увидеть заключительную сцену, поэтому Джейме не успел исчезнуть и не дал случая какому-нибудь хвастуну присвоить себе его вину и славу. Нет, только вину… он понял это сразу, увидев, как они на него смотрят… хотя, возможно, они просто боялись. Ведь он, хотя и Ланнистер, входил в число семерых белых рыцарей Эйериса.
«Замок наш, сир, и город тоже», – сказал ему Роланд Крейкхолл, но это было правдой только наполовину. Верные Таргариену воины все еще умирали на дворцовой лестнице и в оружейной, Грегор Клиган и Амори Лорх штурмовали стены крепости Мейегора, а Нед Старк еще только провел своих северян в Королевские ворота, но Крейкхолл этого знать не мог. Он как будто даже не удивился, найдя Эйериса убитым: ведь Джейме был сыном лорда Тайвина задолго до того, как стал рыцарем Королевской Гвардии.
«Скажите им, что Безумный Король мертв, – приказал Джейме. – Пощадите всех, кто сдастся, и возьмите их в плен».
