Волк, вернее заяц, находящийся в его шкуре раздражённо оскалившись, накинулся с обвинениями.– Сразу видно вас двуногих, стремитесь познать тайны бытия, не замечая, что твориться перед самым вашим носом. Ходите с умной позой рожи, размышляя о высоких материях, нет, чтобы сделать, что-то путное!
– Я не понимаю, о чём ты толкуешь?– совершенно сбитый с толку Вин развёл руками.
– Не перебивай, я от тебя только и слышу, что не понимаю то, да не знаю что!– ответил не на шутку разошедшийся лесной житель.– Лучше, меньше вопросов задавай, а больше слушай, что умные говорят, может и тебе крохи разума перепадут. Я, конечно, не хочу сказать, что все вы люди беспроглядные глупцы, встречаются среди вас и довольно таки достойные индивидуумы. Например, есть такие двуногие, что научились выращивать ценные виды культур.
– Уж, не о кочанах и грушах ты толкуешь?– не смог сдержать улыбки бывший студент не понаслышке знакомый с землей.
– Может и о них!– огрызнулся заяц, он же волк.– По крайней мере, это лучше, чем расставлять капканы по лесу или швыряться стрелами на лево и на право. Мы, знаешь ли, тоже живые и тоже имеем чувства. А, то, что люди не принимают наш образ жизни, не понимают нашего языка, так это их проблемы. Вот, что я хочу тебе сказать. Лесные жители, разделяются на два вида. Одни, те, кого можно отнести к высокоразвитым и культурным индивидуумам лакомящие дарами природы, вторые же и это позор, питающимися плотью, тех, кто выше их по древу развитию, то есть нас растительноядных. Сечёшь?
– Зак, мне кажется, тебя немного заносит. Хищник не может питаться подножным кормом, это противоестественно самой их природе.– Никак не мог согласиться Винченцо со столь категорической позицией собеседника.
– Эту ересь тебе, наверное, тоже в академии вдолбили?– язвительно заметил тот в свою очередь.
– Ну, да… бывший студент вспомнил низенького полного биолога, что с указкой в руке водил по макетам животных и с сильно картавя, описывал привычки и повадки того или иного зверя.
– Так, вот, а я тебе говорю,– продолжал распаляться Зак,– что есть собратьев недопустимо. Что может быть вкуснее, чем пучок свежей сочной травы, сладких листьев капусты. Ты погляди, даже медведи, кабаны и те ощутили все прелести растительного рая. И лишь одни волки и эти хитрые мерзапакосцы лисы, продолжают портить имидж лесным, просвещённым индивидуумам.
– Медведь, припомнил Винченцо, питаются, в том числе и мясом. Когда они голодны и есть ничего, другого нет.
– Это частности,– отмахнулся Зак.– Нечего зимой лезть в берлогу будя похрапывающего мирно медведя. Тут знаешь, и безобидная овечка может превратиться в свирепого не контролирующего себя зверя.
Вин замолчал, обдумывая слова спутника. Они миновали крутой холм и начали спускаться в долину, поросшую репеем и ковылём. Солнце, застывшее в зените, казалось навсегда там останется, будто пришитое небесными нитями намертво. Друзья то и дело вынуждены были совершать передышки, чтобы Вин мог утереть обильно выступавший пот, Зак – приложиться к фляге. Забавно было со стороны наблюдать, как волчьи лапы неумело обхватывают глиняный сосуд, подрагивая, как у какого-то выпивохи. На предложение поддержать фляжку горделивый индивидуум категорично отказывался, разрешая только открыть тугую пробку, предложить же налить ему в походную тарелку Вин не решался, дабы не задеть чувства того.
– Экономнее надо расходовать воду, до ближайшего ручья неизвестно сколько.– Обратился будущий маг, к попутчику своему, видя, как тот захлёбываясь от непривычки пить из сосуда переливает воду через уголки пасти.
– Говори за себя.– Зак сделал ещё один глубокий глоток воды, при этом большую часть, расплескав мимо, оросив иссохшую землю.– Не забывай ты со мной!– веско заключил он, многозначительно поглядев на своего двуногого спутника.
«Он, что специально это делает?» Подумал Вин, но спросил совсем иное.– Зак, а как ты относишься к людям? Ведь мы тоже, как и волки с лисами поедаем мясо.
– Я ждал этого вопроса,– не стал скрывать разоткровенничавшийся индивидуум.– Честно говоря, я был шокирован, когда узнал, ЧТО вы поедаете. Мне кажется, что шерсть до сих пор стоит дыбом у меня от увиденного.– Волк по-заячьи покосился на свой новый искрящийся, переливающийся ярками красками на солнце жемчужный покров, будто хотел убедиться в правоте своих слов.
– Ну, это не так ужасно на самом деле,– попытался встать на защиту мясоедов, Винченцо, так как сам являлся таковым. За что тут же был награждён испепеляющим взглядом лесного жителя.
– Ты такой же дикарь, как волк или лиса. Готовый из-за прихоти желаний собственного желудка оправдать любой свой поступок. Раб кулинарии!– Вынес обвинительный вердикт свой он.
– Но, разве это преступление есть мясо?
искренне возмутился молодой человек, мысленно представляя горячую с подрумянившейся корочкой куриную зажаренную ножку, которую, будь сейчас, она у него под рукой съел бы с превеликим аппетитом.
– Вин дружище, будь любезен, ответь мне, пожалуйста, как бы ты посмотрел на то чтобы кто-то съел бы тебя, припадав под различными приправами?
