Толчук попытался схватить его за рукав, но оборотень вырвался и подошел еще ближе к тронам. Он должен убедить этих двух миньонов проводить его к хозяину, и только там он предъявит ему доказательства ведьмовства Елены, чем обретет не только свободу, но и благодарность.
Могвид заметил в глазах близнецов растерянность. Этих придется убеждать долго. И Могвид сделал еще шаг, вытаскивая из кармана маленькую черную чашу.
— Я не обманываю вас. Я уже с легкостью ушел от вас даже тогда, когда на вашей стороне была внезапность и неожиданность, так что мне ничего бы не стоило уйти и сейчас. Но не хочу вредить вам. — Вздрогнув от прикосновения к краю чаши, Могвид все-таки торжественно поднял ее в руке, как трофей. — Это я взял у одного из ваших, но побежденных мной, воинов. Я уничтожил эту женщину и растер в прах ее кости. Вам лучше поверить мне! — Он протянул чашу отшатнувшимся близнецам.
И увидел, как в улыбках братьев появился страх.
— Эбонит, — прошептал один другому в смятении.
Тогда Могвид перешел в наступление. Ему нужно остаться с этими лордами наедине, он не намерен совершать предательство публично. Еще неизвестно, чем закончится сегодняшний вечер, а потому преданность Елене надо выказывать по возможности до последнего.
— Отпустите остальных, и вы получите то, что хотите, без всякого кровопролития. Я клянусь вам в этом.
Крал подошел к нему сзади.
— Не делай этого, — прошептал он. — Мы выберемся отсюда все вместе.
Могвид видел, как братья наклонились друг к другу, и губы их задвигались, однако, не было слышно ни слова. У него появилось немного времени. Теперь надо было убедить еще и вторую пару, чтобы они ушли отсюда без него. Если только Крал с огром начнут драться с лордами, то его, Могвида, наверняка, убьют первым. И он порывисто обернулся к горцу.
— Если эти близнецы — гвардейцы страха, то Мерик, наверняка, спрятан где-то здесь, во Владении, — начал он.
Крал кивнул.
— Я знаю, где он.
Это открытие поразило Могвида. Он сморгнул и почти растерялся.
— Ты? Но откуда? — Нет, надо было взять себя в руки немедленно. — Тогда еще лучше. Я буду отвлекать их, сколько могу, а вы вдвоем спасайте эльфа.
— Но как же ты?
Могвид позволил себе на мгновение самодовольную улыбку.
— Я справлюсь, у меня есть план...
Крал с уважением посмотрел на тщедушного оборотня.
— Ты удивляешь меня, сайлура.
Могвид вспыхнул.
— Ищите Мерика! — И он вновь повернулся к лордам.
Те уже закончили свою тайную беседу, и один поднял отполированный ноготь, убирая прядь опустившихся на лицо белых волос.
— Мы принимаем твое щедрое предложение, — объявил он.
Второй достал из рукава маленький серебряный колокольчик и дважды позвонил. Не успел его отголосок умереть под сводами зала, как двери раскрылись.
На пороге в смиренном поклоне стоял Ротскилдер.
— Вы звали меня?
— Эти два крупных артиста заболели, — нежно произнес брат с колокольчиком. — Выведите их из Владения и проводите до харчевни, прошу вас.
— Слушаюсь, господин, и повинуюсь. — Дворецкий махнул двум стражникам у следующих дверей. — Делайте, как вам приказано. — Он прищелкнул пальцами и снова обернулся к лордам. — А что с третьим?
— Когда эти двое уйдут, мы насладимся с ним беседой наедине. — Но оборотень уже успел заметить лживый блеск в глазах говорившего.
И оборотень вздрогнул. Несколько секунд он с трудом удерживал себя от того, чтобы позвать обратно уходящих Крала и Толчука, и последний, словно почуяв его внутренний зов, несколько раз печально оглянулся. Могвид жалко улыбнулся ему в ответ, и огр быстро приложил коготь к сердцу и губам. И оборотню при мысли о том, что огр останется жив, почему-то вдруг стало легче.
Но он отбросил сантименты. Надо быть суровым и сильным. Именно сейчас ему потребуются вся его ловкость, вся изворотливость, которым он научился на долгом пути в этот зал. Перед внутренним взором Могвида промелькнул черноволосый человек в высоких сапогах, одетый в черно-красную форму, и губы оборотня невольно прошептали имя того, кто стал его первым учителем в деле обмана и предательства: Рокингем. Но ведь даже его, столь искусного во лжи, в конце концов, уничтожила черная магия. Что ж, если он выживет, то превзойдет своего учителя.
Двери зала снова закрылись, и оборотень поставил черную чашу на край близстоящей корзины. На глазах у двух дьяволов он достал из кармана кожаный мешочек. В нем не было денег, но именно он должен был купить Могвиду все счастье его жизни.
Вздохнув, он начал раскрывать мешок.
— Что там? — хором спросили братья.
— То, за чем охотится Черное Сердце, — спокойно ответил Могвид. Он всегда думал, что предательство Елены совершится каким-нибудь страшным и трудным образом, но теперь все выходило просто и гладко. Оборотень даже не почувствовал никаких угрызений совести. Он улыбнулся лордам, чьи лица при упоминании о Темном Лорде совсем побелели.
Могвид медленно раскрыл мешочек и вынул оттуда несколько огненно-рыжих прядей.
— Я приведу вас к ведьме.
Крал стоял около двух только что поверженных им стражников.