Скрипач сидел на краю ямы-поильни рядом с коновязью у входа в таверну и подбивал счет. С того дня, когда они покинули побережья, другие три взвода Четвертой понесли потери. Взвод Геслера лишился Песка и Уру Хэлы. Взвод Хеллиан – Мазка и Тавоса Понда, причем оба погибли в этом проклятом поселке, а взвод Урба – Ханно, а теперь и Таза, Лизунцу же отрубили левую руку. Взвод самого Скрипача все еще обходился без потерь, и он сейчас чувствовал себя виноватым.
Подошли два сержанта из Третьей. Бадан Грук, с которым Скрипач уже успел познакомиться, и Аккурат, квонец. Странная это была парочка, но так ведь оно всегда и устроено?
Аккурат кивнул Скрипачу с неожиданным уважением.
– Мы ничего не имеем против, – сказал он.
– Против чего?
– Твоего старшинства, Скрипач. Что нам всем теперь делать?
Скрипач скривился и отвел взгляд.
– Потери у вас есть?
– От этих недоделков? Нет, конечно. Эдур разбежались быстрее, чем стая зайцев, которых занесло на псарню. Я думал, они потверже будут.
– Они не любят драться нос к носу, – сказал Скрипач, скребя грязную бороду. – Хотя и могут, особенно когда с ними летерийские солдаты. Но в последнее время отказались от подобной тактики – с учетом нашей взрывчатки выходит дороговато. Нет, теперь они нас выслеживают, нападают из засад, гонят вперед. Думаю, так им привычней.
– Гонят, говоришь, – хмыкнул Аккурат. – Надо полагать, у стен Летераса нас ждет целая хренова армия. Наковальня.
– Именно потому я и думаю, что лучше нам будет подзадержаться здесь. Хотя в этом, понятно, есть свой риск. Эдур могут вернуться, на этот раз – тысяча воинов или больше.
Узкие глаза Бадана Грука сделались еще уже:
– Рассчитываешь, что твой Кулак вас догонит и приведет с собой подкрепление из морпехов?
– Теперь он и твой Кулак, Бадан Грук.
Тот резко кивнул, потом оскалился:
– Нас сюда бросили только потому, что Четвертая понесла большие потери в И’гхатане.
– Адъюнкт постоянно что-нибудь меняет, – пожаловался Аккурат. – Кулаки не командуют никем, кроме морпехов, со времен самого Краста…
– Теперь командуют. И мы больше не в малазанской армии, Аккурат.
– Да, Скрипач, я в курсе.
– Еще раз – вот что я предлагаю, – повторил Скрипач. – Мы на какое-то время остаемся здесь. Даем передышку магам. И надеемся, что Кенеб нас догонит и что с ним будет не четыре десятка морпехов, а чуть побольше. Теперь что касается старшинства – мне эта идея не особо нравится. Я предпочел бы, чтобы сержанты принимали решения на основе взаимного согласия – так что мое решение для вас не указ.
– Геслер с тобой согласен?
– Угу.
– А Хеллиан с Урбом?
Скрипач расхохотался:
– А разве выпивка в таверне уже кончилась?
Солнце село, но никто и не думал никуда перемещаться. В таверну ходили, но лишь когда возникала нужда в очередном бочонке. Главный зал представлял собой настоящую бойню, задерживаться там надолго никому не хотелось.
Улыбка подошла туда, где присел Корик.
– Его зовут Мертвоголов – хочешь верь, хочешь нет.
– Кого зовут?
– Не выйдет! Ты прекрасно знаешь кого. Того, кто может тебя убить мизинцем левой ноги.
– Я обдумал эту его атаку, – ответил Корик. – Такое работает, только если не ждешь.
Улыбка лишь фыркнула.
– Нет, я серьезно. Если я увижу, что на меня кто-то летит по воздуху, просто разрублю его пополам, вот и все. Отступить-то у него вряд ли получится.
– Идиот, – сказала она, потом легонько подтолкнула Корика: – Кстати, я тут с твоим братом-близнецом познакомилась. Его зовут Большой Простак, и, сдается, из вас двоих все мозги ему достались.
Корик сердито уставился на нее:
– Чего тебе от меня нужно-то?
Она пожала плечами:
– Мертвоголов. Хочу, чтобы он был моим.
– Твоим?
– Ага. Между прочим, ты слышал, что он бережет себя для особы королевской крови?
– Мужики, которые по мужикам, другое говорят.
– Где ты такого наслушался?
– Потом, Улыбка, где ты нашла у себя королевскую кровь? Королева сборщиков устриц может не прокатить.
– Поэтому я и хочу, чтобы ты ради меня немного солгал. Я – принцесса из Кана, в малазанскую армию меня отправили, чтобы спасти от Когтей…
– Да Худа ради!..
– Тсс. Слушай, весь взвод говорит, что ради меня готовы врать сколько угодно. Чего на тебя-то нашло?
