Тралл Сенгар оперся на копье. – Ты пошел в магическое странствие с гримасой обреченного. Если наша цель действительно так опасна, я готов понять твое нежелание. Я слежу за тобой уже давно, и мне ясно, что битва с Икарием ослабила тебя на каком-то базовом уровне. Может, ты боишься, что неспособен соорудить врата достаточно прочные, чтобы провести нас троих? Если так…
– Погоди, – мысленно ругаясь, прервал его колдун. – Ладно, ладно, я стал… хрупким. Именно после Икария. Ты замечаешь слишком многое, Тралл Сенгар. Но я смогу провести нас всех. Это обещаю. Просто… – он посмотрел на Онрека, – ну… могут произойти всякие неожиданные осложнения.
– Мне грозит опасность? – спросил Онрек.
– Не уверен. Может быть.
– Пусть это не влияет на твои решения. Мной можно пренебречь. В конце концов, рыбы меня не съедят.
– Если мы уйдем, – ответил Быстрый Бен, – ты можешь оказаться запертым здесь навеки.
– Нет. Я покину эту форму. Я встречу забвение в воде.
– Онрек… – с очевидной тревогой начал Тралл.
Но Быстрый Бен вмешался: – Ты идешь с нами, Онрек. Я просто сказал, что не вполне уверен, что с тобой случится. Не могу объяснить. Все зависит от того, где именно мы окажемся. От свойств того Королевства.
Тралл фыркнул. – Иногда, колдун, – произнес он с кривой ухмылкой, – ты наводишь полное отчаяние. Лучше открой проход, или мы упокоимся в брюхе у рыбы. – Он показал пальцем за спину Бена: – Вот та самая большая – видите, остальные рассыпались. И она несется прямо на нас.
Колдун оглянулся, и глаза его расширились.
Вода глубиной по пояс даже не закрывала глаз рыбины; она ползла по дну озера.
Быстрый Бен воздел руки и выкрикнул громким, странно сиплым голосом: – Пора сваливать!
Он с усилием открыл портал, услышав, как шумно забурлила вода покидаемого мира. Поток чуть не сбил его с ног – и маг рванулся вперед, крича: -За мной!
Снова тошнотворный, ужасный миг удушья – и он побежал по потоку, разбрызгивая воду – холодный воздух сомкнулся вокруг, поднялись облака пара.
Тралл Сенгар проковылял мимо и уткнул копье в почву, чтобы не упасть.
Быстрый Бен с тяжким вздохом поворотился. Увидел фигуру, проходящую сквозь белый пар.
Удивленный крик Тралла поднял в воздух птиц, сидевших на ближайших деревьях; они взметнулись в небо, с разных сторон облетая голову Онрека. Заслышав звуки голосов, ощутив несущиеся по лицу крошечные тени, воин поднял голову и замер на месте.
Быстрый Бен видел, как грудь Онрека поднялась от вдоха, который все не кончался.
Имасс склонил голову.
Колдун уставился на лицо, на гладкую, отполированную ветрами кожу. Зеленые глаза блестели из-под тяжелых надбровных дуг. Из плоского, много раз сломанного носа вырвались две струйки пара.
Тралл Сенгар вскрикнул: – Онрек? Ради Сестер, Онрек!
Глаза, спрятанные в складках кожи, задвигались. Голос обретшего плоть и кровь воина оказался низким, рокочущим. – Тралл Сенгар? Это… это смертная доля?
Тисте Эдур сделал шаг к нему. – Ты уже не помнишь? Не помнишь, каково быть живым?
– Я… а… да. – Суровое, с резкими чертами лицо исказила гримаса изумления. – Да. – Он еще раз глубоко вздохнул, на этот раз почти с восторгом. Необычные глаза смотрели на Бена. – Колдун, это иллюзия? Греза? Странствие духа?
– Не думаю. То есть… это вполне реально.
– Это… это Королевство… Это Телланн.
– Может быть. Не знаю точно.
Тралл Сенгар вдруг упал на колени; Бен увидел, что по худому, пепельному лицу Эдур текут слезы.
Плотный мускулистый воин, все еще облаченный в рваные меха, не спеша оглядел неброские пейзажи бескрайней тундры. – Телланн, – шепнул он. – Телланн.
– Когда мир был юным, – начал Красная Маска, – окружающие нас равнины были выше, ближе к небесам. Земля была тонкой кожей, покрывшей пласты плоти, замороженные стволы и листья. Гнилые трупы старых лесов. Под летним солнцем незримые реки текли через лес, мимо каждого сучка, вокруг каждой сломанной ветки. С каждым летом жар солнца становился сильнее, лето было длиннее, и река прибывала, затопляя громадину погребенного леса. Так оседала равнина, когда иссохший лес превращался в прах, и с каждым дождем вода проникала все глубже, разнося прах на запад, на восток, на север, на юг, следуя долинам, соединяя потоки. Все растекалось во все стороны.
Месарч сидел безмолвно, как и все воины – двадцать или более человек, собравшихся слушать старую легенду. Ни один из них – в том числе Месарч – не слышал ее в таком варианте, когда слова падали из-за алой маски, исходя от воителя, редко подававшего голос, но способного говорить с размеренной точностью стариков-сказителей.
