Буря Жнеца полностью

Выбрать время. Они отняли у него такую возможность так же легко, как отняли нож и боевой топор. Пролезли в гавань – поначалу их было так мало, что опасений не возникало… Напрасно. Но ведь тогда его поглощали другие заботы. Море, полное надвигающихся на Остров ледяных гор – он чувствовал себя как тонущий человек, вынырнувший к свету в последний миг.

Почти что Король Острова, раздавленного и смятого бесчувственным льдом. Лицом к лицу с истиной. Как будто дракон пронзил когтями паруса. После всего, что он свершил…

Выбрать время. Он гадал, не принесли ли малазане лед с собой. Послали его по воле диких течений этого времени года, а сами двигались на шаг впереди, предлагая отогнать опасность. Брюллиг припоминал, что не особенно им поверил, но отчаяние тогда говорило своим собственным голосом. «Сделайте это – и будете гостями Короля столько, сколько вам понадобится». Они усмехнулись, услышав его предложение.

«Я дурак. И еще хуже!»

И вот два жалких взвода правят им и любым треклятым жителем острова, и ничего не поделаешь. Можно лишь скрывать правду от всех остальных. А это с каждым днем все труднее.

– Впадина тут, вот и легли кучно, – сказал второй солдат.

«Вроде бы».

– Ты дыхнул, и они перекатились. Шулер!

– Я не дышал.

– О да, ты же Худом целованный труп.

– Нет. Я просто тогда не дышал, так что не говори. Гляди, они же не во впадине.

– Ну-ка, взгляну поближе. Ха! Во впадине!

– Ты вздохнул и передвинул, черт тебя…

– Я не вздыхал.

– Гм, может, скажешь, что и не проиграл?

– Из того, что я проиграл, не следует, что я вздыхал. Значит, я выиграл.

– Погоди, еще раз дыхну!

– Тогда я еще раз вздохну!

– Победители дышат, а проигравшие вздыхают. Не так ли?

Брюллиг осторожно перевел взгляд с двоих у двери на третьего. «Клянусь ковеном, она красива. Какая темная, волшебная кожа, а сонные глаза нежно зовут… проклятие, в ее глазах все тайны мира! А ротик! А губки!» Если бы он смог избавиться от этих двоих, а еще лучше позаимствовать их жуткие ножи – ну, он бы сумел постичь все тайны, какие она обещает.

«Я Король Острова. Почти что. Еще неделя. Если ни одна из сучек, дочерей покойной королевы, не покажется – титул мой. Король острова. Я готов. Знаю, как использовать титул, это точно. Какая женщина не откажется от жалкой карьеры солдата ради мягкой, теплой постели Первой Наложницы Короля? Да, это обычай Летера – но я, как Король, могу создавать собственные правила. Если ковен будет недоволен – что же, утес к их услугам».

Один из малазан за столом произнес: – Берегись, Мазан. Он снова эдак смотрит.

Женщина, которую звали Мазан Гилани, по-кошачьи потянулась в кресле, подняв полные, изящные руки над головой, так что груди превратились в шары, готовые прорвать ткань изношенной рубашки. – Пока он думает не тем умом, Лоб, мы в полной безопасности. – Тут она откинулась, вытянув совершенные ноги.

– Может быть, привести ему другую шлюшку? – предложил солдат по имени Лоб, складывая кости в кожаный мешочек.

– Нет, – отрезала Мазан Гилани. – Мертвяк едва оживил последнюю.

«Но это же не настоящая причина?» Брюллиг улыбнулся. «Нет, ты бережешь меня для себя. К тому же я не всегда делаю… так. Просто срывал разочарование. Вот и всё». Улыбка увяла. «Они все время дергают руками, когда разговаривают. Всяческие жесты. Странный народ малазане». Он откашлялся и заговорил по-летерийски, медленно, чтобы они поняли: – Я хотел бы пойти на прогулку. Мои ноги требуют упражнений. – Он подмигнул Мазан Гилани; она в ответ послала понимающую ухмылку, от которой зажглось всё внизу. Он неловко пошевелился на кресле. – Мой народ должен меня видеть, понимаете? Если он станет подозрительным – ну, если кто знает, на что похож домашний арест, так это граждане форта Вторая Дева.

Лоб ответил по-летерийски с ужасным выговором: – Ты сегодня заказал эль, так? Лучше сиди и жди, пока не доставят. Мы прогуляем тебя в полночь.

«Я как домашняя собачка у господ Освободителей. Ну не мило ли? А когда я задеру ногу и пописаю на тебя, Лоб, что ты скажешь?»