Я сделала несколько глотков еще горячего кофе.
- Ладно, - я хотела закрыть эту тему. - Удивительно, но кофе здесь хороший. Мне нравится, - я улыбнулась, маскируя радость от поцелуя под вкусом кофе.
- Повернись, пожалуйста.
Его голос изменился. Теперь он не был хриплым. Повернувшись, я увидела, что парень смотрит на меня по-другому. Опустила глаза на его руки, и все поняла. Осторожно он достал фотоаппарат из чехла.
- Пожалуйста, не отворачивайся, - попросил он тихо, когда я хотела избежать фотографирования. - Ты такая красивая. Повернись еще чуть-чуть.
Я услышала щелчки камеры. Дима сделал несколько фотографий празднования дня рождения Наташи и их встречи с Сашей, а потом пару фотографий ночного города, по дороге сюда. Он умеет поймать нужный момент. Вот теперь и я попалась.
- Хочу совместное фото, - заявила я, забыв о смущении.
- Не думаю, что тебе нужно фото со мной, - говорит Дима нахмурившись.
Изображаю обиду.
- Я же разрешаю тебе фотографировать меня. Пожалуйста.
Дима вздохнул и настроил в камере отложенный старт. Поставив на стол, он придвинул меня к себе, и я счастливо улыбнулась, смотря в объектив. Хочу, чтобы снимки отразили мои чувства, чтобы он увидел, что значит для меня и как мне с ним хорошо.
Обвила шею парня руками. Пока камера щелкала, улыбалась, прижимаясь к нему, а в конце снова поцеловала. Только на этот раз мне не пришлось ждать, что Дима отреагирует. Он целовал меня так, что я забыла, где мы находимся. Не хочу, чтобы это мгновение заканчивалось, не хочу с ним прощаться. Кажется, еще немножко, и я растворюсь в нем.
Позже мы смогли спокойно пообщаться, взяв еще кофе. Я уже не так смущалась и не пугалась своих чувств. Мне было приятно, когда Дима случайно касался меня. И когда неслучайно - тоже. Он показал мне фотографии моря, которые я просила привезти его. Они просто потрясающие. Я уже видела их в электронном виде, но этого недостаточно. Такая невероятная красота.
- Они просто фантастические. Знаешь, я заметила, ты, когда хотел сделать мой снимок, у тебя руки дрожали.
Дима на секунду задумался, а потом на его лице появилась застенчивая улыбка. Даже представить не могла, что он может быть таким милым.
- Такое случается, когда я вижу что-то очень красивое. Или кого-то. Дрожь проходит, как только камера оказывается в руках.
Внутри меня все трепетало от этого признания.
- Хорошо, - улыбнулась я.
Мы говорили о многом. О его квартире, в которой он собирался сделать ремонт, о городах и странах, в которых он был.
Он всегда отправляется в путешествия в одиночку. Вообще, мне кажется, что Дима самый одинокий человек на свете. Конечно, у него есть родные, друзья и бесконечные девушки, но он отталкивает всех от себя. Я видела это, когда он находился рядом с братом. Дима не дает себе расслабиться.
- Почему ты выбрал именно это? Я имею в виду, быть фотографом.
Дима пожал плечами.
- У меня даже не было такой цели. Я просто увлекался фотографией, для себя. Вообще, если я еще тебе не рассказывал, я играл в рок-группе.
- Да ладно? - смеюсь я. - Ты издеваешься надо мной?
- Нет, я серьезно. Это была местная группа, я и несколько моих друзей. Мы выступали на разных мероприятиях, в школе, когда учились, и потом немного в клубах.
- О, и у тебя была серьга, да? - я кивнула в его сторону.
На мочке уха был заросший шрам.
- Да, очень давно. Я убрал ее после некоторых событий, - Дима будто смотрел мимо меня. Я провела рукой перед ним, и, сфокусировав взгляд на мне, он продолжил. - В группе было три парня и девочка-вокалистка, твоя тезка.
Дима сделал паузу и опустил взгляд.
- А что потом? Бросили играть?
Он тяжело вздохнул и посмотрел мне в глаза. Он выглядел несчастным.
- Не совсем. Девочка умерла, когда ей едва исполнилось 19. У нее была опухоль мозга. Лет с 14 она ездила по больницам, пережила много операций. Последний ее год мы были все вместе. Ты бы слышала, как она пела. Она была невысокой и очень худенькой, но голос потрясающий. У меня сохранилось несколько записей дома, могу тебе отправить. Это случилось два года назад, прямо перед тем, как не стало мамы. Ее мучили боли, но она отдавалась творчеству, как никто другой. Музыка была ее жизнью, единственным желанием. Она, - Дима запнулся, сжал пальцами переносицу. - Я не знаю, как это объяснить. - Несмотря на боль и все трудности, она никогда не просила особого отношения к себе, старалась посещать все репетиции. Она, ну, святая и крутая. Мы восхищались ее волей к жизни. Как говорят, жила каждым днем, - он качает головой. - Прости, что я рассказываю тебе об этом. Просто после того, как она умерла, мы больше не играли. Пытались, но ничего не получалось. А потом я уехал.
Дима встал.
- Принесу еще кофе.
Это было очень личное. Я чувствовала себя в каком-то роде ответственной, ведь он рассказал мне.
Когда Дима вернулся и сел рядом, я обняла его за талию.
- Спасибо, что рассказал. Для меня это очень важно.
- Важно? - в его голосе были слышны нотки неверия.
- Что бы ты ни рассказал, это важно для меня.
- Хорошо.
Дима поцеловал меня в макушку и обнял.
- У тебя были тяжелые годы.
- Наверное.
