Если подумать, Жене действительно нет никакого смысла играть в Дона мафии. У него есть деньги, есть власть. Нет только меня. Но с этим он уже ничего не может поделать. Метка связала нас с Лёшей навсегда. И даже если случится что-то ужасное, вряд ли я смогу быть с другим. У меня есть Артур — плод нашей любви. Я не смогу предать память его отца, запятнать себя чужими запахами и прикосновениями. Только не его.
— И что ты планируешь делать? — спрашиваю, а сама до трясучки боюсь услышать ответ. Но если альфа решил, его уже никто не остановит.
— Мой человек уже пару лет работает в «Egorov Corporation» и все, что ему удалось выяснить — это имя загадочного руководителя. Даже не имя, а псевдоним: Харви Дент.
— Как символично, — удивленно приподнимаю брови.
— Сдается мне, что наш Харви и есть та самая «крыса», но у меня слишком мало фактов. Я даже не знаю, с чего начать поиски, потому что ни один сотрудник компании понятия не имеет, как выглядит новый директор, и как именно в его руки попал контрольный пакет акций.
— Никто не знает, как он выглядит? Бред! Хоть кто-то же должен общаться с ним лично. Секретарь, доверенное лицо?
— Нет, Кир.
— Все это ужасно подозрительно. Какое-то неизвестное лицо проникло в самое сердце компании и сумело занять пост генерального директора. На каком основании? А как же наследник? А завещание?
— Его не нашли, Кир.
— Адвокат?
— Мертв.
Как обухом по голове. Завещание пропало, адвокат, занимающийся делами Егоровых, мертв. Псы все еще рыщут где-то поблизости, но при этом за все три года ни на шаг не приблизились к цели. Может, они и вовсе не собираются нас убивать? Может, просто держат на расстоянии, чтобы не путались под ногами?
Озвучиваю последнее предположение Лёше, наблюдая как его брови медленно сползаются к переносице, и между ними появляется глубокая темная складка.
— Я думал об этом, Бусинка. Скорее всего так и есть.
— Лёш, я знаю, что тебе не понравится то, что я сейчас скажу… но мы должны вернутся домой. Сейчас. У нас достаточно средств для того, чтобы нанять детектива и самим расследовать это дело. Но действовать издалека не имеет смысла. Мы должны быть в гуще событий. Должны приблизиться к врагу как можно ближе.
— Нет, Кира!
— Да!
— Да как ты не понимаешь…
— Я все прекрасно понимаю. Я тоже боюсь за нас, нашего сына, но это наша жизнь. Это твоя жизнь, Лёш! Которую у тебя украл какой-то аферист с тупым киношным именем! Тебе объявили войну. Хватит отсиживаться. Хватит изображать безразличие, да и, судя по всему, ты его как раз-таки изображал, раз втайне от меня продолжал искать информацию. Я хочу домой, Лёш. Очень хочу.
— Не думаю, что это хорошая идея, — в который раз за сегодня закатываю глаза, но быстро беру себя в руки и легко улыбаюсь Лёше, на руках которого спит наш маленький волчонок.
— Лёш, — укоризненно качаю головой. — Все будет хорошо.
— Мне не нравится эта идея.
— Лиза, ну хоть ты скажи ему, — поворачиваюсь к подруге, но та только поджимает губы. Ясно. Тоже считает мой план полнейшим бредом. — Почему вы мне не верите?
— Мы верим, Кир, — вздыхает Соболь, усаживаясь на диван рядом с моим альфой. Алексей стоит в дверях, молча сложив руки на груди. — Просто это… безрассудно.
— И опасно, — снова вставляет свои пять копеек мой мужчина.
Честно, я понимаю, что они переживают и боятся меня потерять. Но я не ребенок, а взрослая женщина. У меня есть план, есть хватка и то, что действительно может помочь внедрится в «Egorov Corporation»: уверенность в своих силах.
— Они не узнают меня. У меня другое имя и абсолютно другой запах. А благодаря связям Алексея еще и отличное резюме. Я знаю, что им нужны архитекторы-проектировщики. У меня есть все шансы. Лёш?
— А что, если этот Харви Дент раскусит тебя до того, как ты соберешь информацию? Мы не знаем, кто он, но уверен на все двести процентов, что он-то знает тебя. Повторяю в последний раз: мне не нравится эта затея. Мы придумаем что-нибудь еще.
— Что?! — вскрикиваю и резко закрываю рот ладонью, боясь разбудить Артура.
— С ней бесполезно спорить, — качает головой Лиза. Лёша хмурится. — Ты невыносима, ты знаешь это?
— Я тоже вас люблю и понимаю ваше волнение, но нет поводов для беспокойства.
— Мне не удастся отговорить тебя? — Лёша осторожно перекладывает сына на руки Лизы и подходит ко мне.
Утыкаюсь носом ему в грудь, глубоко вздыхая. Я так скучаю по кофе. Но пока мой любимый пахнет… ничем. Пустотой. Неуютной, незнакомой пустотой. И придется потрудиться, чтобы снова стать свободными. Делать, что хочется, быть теми, кем хочется.
— Я люблю тебя. Очень. Но ты должен дать мне возможность сделать все самой. Я буду максимально осторожна. Как только разузнаю все, что нужно, покину здание. Они даже понять не успеют. Верь мне, Лёш.
— Я верю, Бусинка.
***
— Елена Андреевна Фролова?
— Это я!
Поднимаюсь с места, неловко одергивая черную юбку-карандаш и натягиваю на лицо самую доброжелательную улыбку, какую только могу.
— Сергей Фёдорович Вас ждет.
