«Может, Питеру в самом деле захочется погулять по музею?» – с надеждой подумала Таша. Вдруг ему понравятся те же залы, что и ей? Она могла бы показать ему окаменелые останки древней рыбы, статуи львов и жуткую мумию кошки из Египетского зала…
– Ладно, пойдём, – немного надменно, однако и довольно вежливо произнесла Бьянка.
Она боялась быть грубой при дедушке. Никто не знал, как старик потерял глаз или кто ободрал ему уши… Бьянка покосилась на Айвена и повернулась к Питеру:
– Я покажу дорогу.
Питер послушно следовал за котятами по залам и коридорам. Корюш предупредил его, что в музее куча загадочных вещиц и сокровищ. «Многое из этого, конечно, просто старый мусор, – со смешком говорил тощий кот. – Пыльные кости, а на них – ни грамма мяса!»
Питера не особо интересовали голые кости, но вот посетителям они, похоже, нравились. Борис, Таша и Бьянка отвели нового приятеля по тайным ходам через незаметную дверцу в Зал динозавров. Там повсюду стояли громадные скелеты, но котёнку не удавалось как следует их рассмотреть за толпами народа.
– Что они тут делают? – спросил он, глядя на людей.
Котята с удивлением покосились на Питера.
– Смотрят на экспонаты, – объяснила Таша. – Поэтому все в музей и приходят: чтобы поглядеть на интересные штуковины.
– И сделать как можно больше снимков, – вставила Бьянка и самодовольно добавила: – Меня тоже часто фотографируют.
Таша фыркнула и шепнула Питеру:
– Она у нас очень избалованная и обожает, когда посетители с ней возятся.
– Скорее сюда! – крикнул Борис из секретного тоннеля. – Я хочу показать Питеру мечи.
– Нет уж, – возразила Бьянка. – Драгоценности намного интереснее. У нас здесь целых шесть корон, – доверительно сообщила она Питеру, и малыш округлил глаза.
– Да ну, украшения – это самое скучное, – проворчал Борис. – Зато парадное оружие – другое дело!
Котята поспешили по тайным коридорам в Зал самоцветов.
– Не выходи из тени! – рявкнула Бьянка, ударив Питера белой лапкой, когда он засмотрелся на громадную мраморную лестницу.
Котик обиженно моргнул.
– На самом деле нам сюда нельзя, – объяснила малышу Таша. – Мы живём в подвале, а первый и второй этажи – только для посетителей. Старшие коты и кошки выходят сюда на охоту, но лишь по ночам, когда в музее никого нет. Кроме того, мыши и крысы всё равно днём редко появляются. В общем, нам лучше оставаться незамеченными. А в саду можно гулять сколько угодно и не прятаться в тени.
– Я хорошо умею прятаться, – заверил её Питер.
Борис хмыкнул:
– Да ты же кроха! Тебя в любом случае никто не заметит!
Питер опустил взгляд и съёжился ещё сильнее.
Таша строго посмотрела на брата, но тот не обратил на неё внимания.
Она вздохнула и повернулась к Питеру:
– А теперь поднимемся по чёрной лестнице. На парадной ведь и спрятаться негде.
Котята собрались у вентиляционного люка, чтобы полюбоваться на Зал самоцветов хотя бы сверху, через решётку. Питер с восторгом разглядывал старинные ожерелья, короны и инкрустированные бриллиантами декоративные яйца, которые мерцали под светом люстр даже за толстыми стёклами витрин.
Бьянка замерла у вентиляционного люка, уткнувшись носиком в проём решётки, словно стремясь оказаться как можно ближе к сверкающим драгоценностям. Она всегда мечтала о собственной алмазной диадеме или жемчужном ожерелье.
– А сейчас пойдём в Оружейный зал, – скомандовал Борис, уверенно шагая по продуваемому сквозняками тайному коридору. – Лучший во всём музее.
– Неправда, – возразила Таша.
– А какой у тебя любимый зал? – робко спросил Питер.
Таша задумчиво дёрнула усами.
– Даже не знаю… мне все нравятся.
– Ещё бы, – проворчал Борис, оглянувшись на сестру.
– Египетский зал очень красивый, – сказала Таша. – Зал с кукольными домиками, римские мозаики… Ой, не могу выбрать!
– Потому что слишком часто витаешь в облаках и гадаешь, кому это старьё принадлежало, – со вздохом произнёс Борис. – Ладно. Вот оно, оружейное искусство… впечатляет?
Котята затаились за открытой дверью и заворожённо посмотрели на витрины с доспехами. Питер подумал, что выглядят экспонаты жутко. Ещё и держат наготове оружие с металлическими наконечниками… Ему не хотелось бы заглядывать им под шлемы. Вдруг кто-то посмотрит на него в ответ?
Но вслух малыш сказал:
– Очень величественно.
Питер надеялся угодить Борису, но нарвался на долгую экскурсию, посвящённую любимым мечам рыжего котёнка. Особенно Борису нравились японские клинки, и перед этими витринами они провели целую вечность. Питер с трудом подавил зевок, а потом ещё один…
– Тебе очень скучно? – шепнула Таша ему на ухо, пока Борис увлечённо рассказывал котятам о доспехах самурая.
Питер вздрогнул. Малышу не хотелось признаваться, что ему тоскливо. Вдруг Таша обидится?
– Чуешь запах? – внезапно спросила Таша, втянув носом воздух. – Как думаешь, что это? Майонез? Тунец?
Борис сразу же отвернулся от витрины с самураем и огляделся. Длинные белые усы вытянулись, словно веера.
– Бутерброды с тунцом? Стойте здесь. Я на минутку, – сказал он, навострив уши, и выбежал из зала.
– Вроде ничем не пахнет, – грустно мяукнул Питер.
