Мы поднялись по скрипучим, деревянным ступеням на второй этаж и вошли без стука в большую, просторную комнату.
За столом, заваленным рулонами ткани, нитками и какими-то бумажками, сидел сухопарый человек лет шестидесяти. Во рту у него виднелось несколько английских булавок, зажатых губами, а в руке — здоровенная линейка. Он задумчиво рассматривал бумажки, соображая, куда и что надо приколоть.
Заметив Фредо, мужик вскочил так резко, будто ему прямо в задницу пустили разряд тока. Мне в какой-то момент даже показалось, что он эти булавки проглотит, то ли от неожиданности, то ли от восторга, озарившего его худое лицо.
К счастью, не проглотил. Он их просто выплюнул прямо на стол и рванул нам навстречу.
— Сеньор Фредерико! — глаза портного расширились, брови резко скаканули куда-то в район лба. — Честь какая! Вы бы предупредили, я бы…
— Доброго вечера, Никола, — перебил его рыбак. — И пожалуйста, обращайся ко мне как раньше. Фредо я. Просто Фредо. — Он повернулся в нашу с Патриком сторону и сделал широкий жест рукой. — Этим двоим нужно по два костюма. Срочно. Чтоб они выглядели как приличные люди. И, пожалуй, не помешает парочка сорочек.
Никола в ответ закивал так интенсивно, что его челюсть несколько раз громко клацнула.
Он скользнул взглядом сначала по мне, потом посмотрел на Патрика, который, в свою очередь, с любопытством разглядывал манекен, стоявший в углу. Этот манекен был одет в половинку фрака и чем-то весьма приглянулся ирландцу.
— Конечно, конечно… — Портной схватил длинный портняжный метр и сразу же подскочил ко мне. — Я не работаю в такое время обычно, но для вас… Сейчас снимем мерочки и все будет хорошо. Давайте-ка для начала, этого замечательного молодого человека…
Никола ненавязчиво оттеснил Патрика в сторону, а затем принялся измерять меня со всех сторон и ракурсов. Я стоял молча, стараясь не мешать мастеру.
Фредо вообще отошел к окну, облокотился о него пятой точкой и, сложив руки на груди, наблюдал за этим процессом. Только Патрик создавал периодически какую-то активность.
Он приблизился к манекену и с интересом рассматривал недошитый фрак. Выражение лица у ирландца было такое, что я заподозрил, как бы моему другу не пришла в голову дурная мысль заказать себе нечто подобное. Имею в виду, не половину костюма, а полноценный фрак.
— Я знал Винченцо Скализе, — вдруг выдал сеньор Никола, — Хороший был человек. Жёсткий. Справедливый. Жаль, что его не стало. Город осиротел.
Он говорил это вроде бы мимоходом, в процессе снятия мерок. В лицо мне при этом не смотрел. Но я сразу понял, разговор начался не просто так.
Ну и еще, я понял, что все вокруг уже знали о появлении племянника Винченцо Скализе. Слухи здесь и правда разлетаются со скоростью ветра.
Я никак не стал комментировать слова портного, просто кивнул и все. Вроде бы и не совсем грубо это выглядело, но в то же время, служило сигналом — говорить о дяде в мои планы точно не входит.
— Держи руку выше, парень, — буркнул Никола, а затем положил прямо мне на спину большой лист бумаги и принялся на нем что-то чертить.
Я послушно поднял конечность, стараясь не делать резких движений. Портной работал быстро, профессионально, его пальцы летали по моей спине, плечам, оставляя метки. Уж не знаю, что он там хотел изобразить.
— Говорят, пару дней назад ты встречался с Доном Массерией и этим выскочкой Лучано? Судя по слухам, там жарко было. — Снова завел свою шарманку Никола.
Его явно распирало от желания обсудить столь волнительный момент, как появление племянника невинно убиенного дядюшки Винни. А я по-прежнему склонялся к мысли, что дядюшка был именно невинно убиенным. Не то, чтоб руки родственника оставались чисты после многолетней службы на посту советника мафиозного босса, да и крыльев с нимбом, думаю, он тоже не заслужил. Но грохнули его как-то подленько.
— Слухи часто преувеличивают, — буркнул я.
— Ага, — усмехнулся портной. — Как же. А твой друг… Эй, ты, рыжий! Пресвятая дева! Прекрати лапать фрак сеньора Флоренцо! Он еще не расплатился со мной в полной мере!
Патрик как раз в этот момент встал в театральную позу, прижал правую руку к сердцу, а левую водрузил на плечо манекену. Услышав окрик Никола, он смутился и шагнул в сторону, подальше от дурманящего разум фрака.
— Извините, сеньор. Мне просто очень понравился, костюм. Жаль, что тут всего лишь половина. Хотелось бы увидеть целиком.
— Увидишь, — фыркнул Никола. — Сеньор Флоренцо заказал его на свадьбу дочери. А когда сицилиец играет свадьбу кого-то из своих детей, гуляет весь район. Подойди сюда. Давай померим твои цыплячьи крылышки.
Мы с Патриком поменялись местами и Никола принялся крутиться рядом с ирландцем, со всех сторон прикладывая к нему метр.
Патрик, в отличие от меня, не мог стоять спокойно. Он крутил головой, разглядывал катушки ниток, сложенные на специальной полке, снова пытался изучать половину фрака, переминался с ноги на ногу, тихо смеялся и тряс головой, когда руки портного касались его боков.
