Вечером, вернувшись в каморку к Фредо, я никак не мог выбросить ее из головы. Мы сидели, уплетая свою скудную похлебку, приготовленную стариком, а мое воображение вновь и вновь прокручивало тот эпизод.
— Патрик, ты понял, что сегодня произошло? — наконец не выдержал я. – Имею ввиду, в начале маршрута, когда мы попали в тот отвратный район?
— Произошло? Нас чуть не ограбили, но мы испугали их именем Салли, — пожал Патрик плечами, отламывая кусок хлеба. — Сработало. И слава богу.
— Не только это, — я отставил миску. — Они испугались имени. Но не проверили, что за именем стоит. Изначально они увидели нас — двух худых пацанов с вонючими корзинами. И поняли, что украсть эти корзины — проще простого. Но потом все изменилось. По факту они испугались мести Салли. Но если украсть и исчезнуть... Или если продать товар где-то на стороне... — я замолчал, давая Патрику понять всю глубину своей мысли.
Патрик перестал жевать и уставился на меня, явно не желая погружаться в столь опасные размышления.
— Ты о чем? Это же безумие. Нас найдут и прибьют ржавыми гвоздями к первому фонарному столбу.
— А кто найдет? — парировал я. — Эти бродяги просто были слишком тупыми. Если сделать все грамотно...Я о том, что система Салли держится только на страхе. А сам товар... Он практически беззащитен. Мы, разносчики, — его самое слабое звено. Сколько нас таких бегает по городу? Думаешь, мы одни у Салли? Или думаешь Салли один в этом городе? Да нас сотни. И за каждой корзиной не уследишь. Или не за корзиной. Думаю, другие, такие же, как Салли, используют свои методы распространения.
Патрик помрачнел.
— Ты хочешь сказать, что нас в любой момент могут подставить? Или ограбить, и Салли подумает, что это мы?
— Я хочу сказать, что мы винтики в очень опасной, но очень дырявой машине. И нужно быть готовым ко всему. Просто подумай об этом.
Я заметил, как напрягся Патрик. В нем очевидно боролись простодушность и здравая логика. В итоге, он покачал головой и тихо сказал:
— Не стоит ворошить улей, Джонни. Работа есть, платят хорошо. Пока все тихо. Давай не будем искать приключений.
— Конечно, — согласился я, делая вид, что успокоился. — Ты прав. Забудь. Это я просто так, чисто размышлял.
Мы с Патриком снова принялись стучать ложками, доедая жиденький супчик. И чисто внешне разговор вроде бы оказался закрыт.
Но Патрик не знал, какие мысли действительно крутились у меня в голове в тот момент. План, рожденный сегодняшним страхом в глазах тех оборванцев и сценой в игорном клубе, уже начал обрастать деталями.
Таскать корзины – это мелочь. Гроши. А вот если бы... если бы мы сами могли продавать алкоголь. Например... Украденный...
Мысли неслись вихрем, складываясь в опасный пазл.
Первый момент: как украсть? Нельзя просто удрать со своей же корзиной посреди бела дня. Нельзя просто подбежать к другим разносчикам и удрать с их корзинами, сумками, ящиками. В чем бы они не таскали груз.
К тому же, одна корзина вмещает слишком мало бутылок. Ради такого выхлопа не стоит рисковать Нужна точка, где забирают товар. Нужен склад, где хранится алкоголь. Много алкоголя. Ну и ясное дело, не точка Салли.
Второй момент, куда важнее: кому продать краденное? Это главный камень преткновения. Все точки, все бары, все подпольные спикизи — принадлежат гангстерам, а товар туда поставляют такие же, как Салли. Или заведения платят дань гангстерам. Не важно. Прийти к ним со своим, краденым товаром — значит подписать себе смертный приговор.
Нужны особые покупатели. Те, кто будет брать дешевле, но без лишних вопросов. В общем, в первую очередь, мне необходима информация, связи. А для этого я должен совать свой нос, куда только можно, слушать, запоминать, искать слабые места в империи бутлегеров Нью-Йорка.
Я посмотрел на Патрика, который как раз отложил ложку в сторону и принялся вылизывать миску.
Нет, ему планирование не по плечу. Он солдат, а не заговорщик. Это будет мой путь. Мой реальный шанс выкарабкаться из вони и нищеты.
Утро следующего дня началось с густого, как смоль, кофе, который Фредо сварил в жестяной кастрюльке прямо на ржавой плитке.
– Ого... – Протянул я, едва переступил порог и почувствовал запах кофейных зерен, которые уже были перемолоты, и теперь в виде коричневой жижи булькали на плите. – У нас какой-то праздник?
– Хватит плести ерунду! – Фыркнул старик. – Всего лишь подумал, что после ваших этих прыжков, бега и прочей дребедени, кое-кому не помешает взбодриться.
– Джонни, двигай зад! Я сейчас упаду! – Патрик, который шел следом за мной, настойчиво толкнул меня в плечо.
Мы только что закончили тренировку и, по-моему, ирландец в данный момент мечтал лишь о двух вещах. Первая – сесть и не двигаться. Вторая – придушить меня, а потом сесть и не двигаться.
Дело в том, что я снова поднял его ни свет, ни заря, а затем пинками выгнал на улицу, чтоб приступить к тренировке. Надо признать, в этот раз Патрик уже не сопротивлялся так активно, как прежде. Видимо, ситуация, которая произошла с нами в районе "Пяти точек", все-таки послужила для него уроком.
