Адреналин ударил мне в голову. Это было даже лучше, чем я мог надеяться. Не просто задание, а задание с риском. Идеальная ситуация для демонстрации своих качеств. Если сделаю все хорошо, это повысит мой авторитет в глазах Салли. Я стану парнем, которому можно доверять...
— Мы справимся, синьор Сальваторе. Дайте нам адрес и описание точки, куда нужно доставить товар.
— Бруно! — крикнул Салли. — Дашь им тележку и адрес. И скажешь Карло на точке, чтобы выдал груз. Быстро!
Бруно чисто внешне напоминал большой, набитый до упора, мешок, у которого вдруг выросли две короткие ноги. Он тяжело дышал когда двигался, каждый шаг давался ему как полноценное восхождение на Эверест.
И дело даже не в возрасте, хотя на вид я бы дал ему все пятьдесят, дело в том, что Бруно с трудом тащил свое собственное тело. Пока мы шли, он громко, никого не стесняясь, проклинал отчего-то именно нас с Патриком. Будто это лично я или лично Патрик, а не мать-природа и любовь к обильной еде, усложняем ему жизнь.
Бруно числился грузчиком, но на самом деле он исполнял роль руководителя другими грузчиками. Старший помощник младшего конюха, по-русски говоря.
Обычно этот упитанный, невысокого роста мужчина сидел на ящике, отдавая распоряжение парням, которые таскали ящики внутрь склада, чтоб там переложить бутылки в корзины. Сейчас же, по вине неизвестного Петры, Бруно был вынужден топать своими собственными, короткими ножками, и ему это явно не приносило радости.
Из лавки мы вышли не на улицу, что было, наверное, более логично, а наоборот, прошли сквозь нее, в итоге оказавшись в узком, пропитанном кислым запахом гнили переулоке.
Бруно повел нас вдоль кирпичной стены, заваленной ящиками, к неприметной железной двери, почти сливавшейся со стеной. То есть, винокурня находилась буквально в двух шагах от лавки, откуда мы обычно забирали товар.
— Шевелите ногами, щенки... Шеф велел торопиться. Нас уже ждут в Бруклине... – Бубнил Бруно недовольным тоном, хотя, скорость передвижения, как раз, зависела вовсе не от нас. Мы, так-то, подстраивались под своего провожатого.
В итоге, оказалось, что винокурня располагалась в подвале старого складского здания на Гувернёр-стрит, буквально на расстоянии вытянутой руки от склада. Эта улица упиралась в пирсы, что делало ее максимально удобной для подобных дел. Соленый ветер с Ист-Ривер смешивался здесь с запахами рыбы, угольной гари и едким душком гнили, а соответственно, ароматы, свойственные процессу самогоноварения, невозможно было унюхать даже при огромном желании.
Снаружи это было невзрачное, обшарпанное строение, но внутри…
Бруно толкнул тяжелую дверь, и нас окутало густое, сладковато-удушливое марево. Воздух был плотным, как сироп, — терпкий запах забродившего сусла, дубовый аромат бочек, едкий дым угольных печей и вездесущая пыль. Под низкими сводчатыми потолками, в свете тусклых ламп, копошились тени работников "производства".
Они перекатывали бочки, сновали между гигантских медных кубов, из которых валил горячий пар, и совершенно не обращали внимания на нас. Звук работающих насосов и приглушенные голоса создавали непрерывный, зловещий гул. В общем-то, надо отдать должное, процесс изготовления алкоголя был поставлен на широкую ногу. Я даже немного удивился. Ожидал увидеть что-то менее масштабное, а никак не полноценный цех.
Мы прошли сквозь основной зал и уперлись в глухую железную дверь. Перед ней, развалившись на больших деревянных ящиках, сидели двое. Типичные "солдаты" семьи — в дорогих, но мятых костюмах, с лицами, на которых скука смешивалась с еле сдерживаемой агрессией и желанием почувствовать свою микроскопическую власть. Микроскопическую, потому что в рамках "семьи" эти парни играли роль обычных исполнителей, не более того. Но лица у них были такие, будто сам Джо Мессерия им – настоящая кровная родня.
Так понимаю, "солдатов" прислали сюда для контроля и одновременно для защиты. Если верить рассказу Фредо, мало кто полезет в вотчину Джо Босса, но с другой стороны, для порядка отправить сюда парочку человек с оружием – пожалуй разумное решение. Таким образом Массерия показывает, что у него все на мази.
Один из парней был нам знаком. Тот самый засранец с тонкими губами и хищным взглядом крысы, что избивал бедолагу Фредо в день нашей встречи. Томмазино, чтоб его, урод. В этот раз он был без своего дружка Лу́ки. Видимо, толстяк не занимается столь мелкими делишками.
Напарник Томми, здоровенный детина с пустым взглядом, заметив наше появление, лениво кивнул Бруно. А вот Крыса тут же оживился, увидев нас. Его маленькие глазки загорелись предвкушением. Похоже, Томми определил меня или Патрика, как добычу, за счет которой можно потешить свое сраное эго. Его взгляд скользнул сначала по мне, но тут же, почти сразу, зацепился за Патрика.
— Ну, поглядите, кого принесло, — просипел он, скаля неровные зубы. — Бруно, ты что, в приюте для бездомных начал всякую шваль собирать? Или это мусор с ирландской помойки ветром принесло?
