- Все нормально. Твоя безопасность гарантирована авторитетом российской милиции, - успокоил Вязов.
И он, и я знали, что сразу после предупреждения о возможной необходимости дачи свидетельских показаний подвыпившие мстители быстро ретировались в неизвестном направлении.
КОНЕЦ АЗЕРБАЙДЖАНСКОГО ЦЕХА
Железо нужно ковать, пока оно горячее, и не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Памятуя о данных рекомендациях народной мудрости, мы не стали откладывать в долгий ящик ликвидацию азеровского подпольного цеха. Отвели незадачливого торговца Мамедова в КВС, а сами вчетвером: Вязов, Бородянский, Кузнецов и я, отправились в гости к его землякам.
Но, подъехав к нужному нам дому, спешить не стали. Сначала определили окна интересующей нас квартиры и установили, что в них открыты форточки. Это обстоятельство чаще свидетельствует не о том, что жильцам не с кем спать, а о том, что они дома. Теперь оставалось еще убедиться в этом, для чего требовалось проникнуть в квартиру. Однако, по опыту мы знали: любые волшебные слова, будь то "Сим, сим, откройся" или "Откройте, милиция!" дверей нам не отворят. Наши граждане, особенно те, кто не в ладах с законом, не понимают тонкого английского юмора и поговорку жителей туманного Альбиона "Мой дом - моя крепость" понимают чересчур буквально. Толстые металлические двери, оснащенные большими гаражными замками, давно уже стали защитой не только от воров, но и от милиции. Именно такой дверью и оберегали свой покой азербайджанцы-бутлегеры. Однако неприступных крепостей не бывает. Просто к каждой нужно найти свой подход. Для приступа у нас не хватало сил и средств, поэтому мы решили проникнуть в квартиру хитростью.
Применили старый испытанный способ. Нашли старшего по дому, вернее старшую, поскольку ею оказалась бодрая пенсионерка, и попросили позвонить азербайджанцам в квартиру под предлогом, что они устроили протечку. Однако кавказцы оказались хитрее и попросту не открыли дверь.
На некоторое время мы растерялись, не зная, что еще предпринять. И тут удивил Бородянский. Он начал раздеваться. Снял ветровку, рубашку. Потом, оставшись в майке, подошел к двери и начал настойчиво барабанить в нее кулаком, одновременно нажимая на кнопку звонка.
Наконец, его настойчивость была вознаграждена. Сначала потемнел глазок двери, а потом из квартиры донесся голос с характерным южным акцентом:
- Зачэм стучыш, чего надо?
- Тебя надо! Ты хрена ли меня я затопил?! Я, блин, ремонт недавно сделал, а теперь все мои старания псу под хвост! Нет, ты выдь, пойдем я тебе покажу, что у меня в квартире творится! С потолка, блин, ручьем льет и обои со стен отваливаются.
- Нычего нэ знаю. Мы никого нэ топыли.
- А кто меня по-твоему затопил?! Папа Римский?! Кроме тебя, ишака гребаного, некому!
Тот, кто говорил из-за двери, видел в глазок только Пашку, стоящего в рваной майке на площадке. Мы прятались за косяком, поэтому подвоха азер не заподозрил, а, когда его обозвали ишаком, забыл об осторожности и решил разобраться с грубым соседом. Клацнули замки, дверь отворилась, и в проеме возникла небритая смуглая морда.
Нам только этого и надо было. Вязов тут же сунул джигиту в ноздри ствол пистолета и, ухватив его за ухо, выволок на площадку. А я ринулся внутрь.
На кухне кайфовали, покуривая травку, еще три гостя нашего города.
- А ну все на пол, живо! - заорал я, поводя стволом табельного "макарова" от одного к другому.
Только почему-то хозяева совершенно не отреагировали на мои слова и грозный вид.
- Быстро на пол! Лицом вниз! - снова рявкнул я.
Однако эффект оказался тот же. Азербайджанцы как сидели, так и продолжали сидеть, с любопытством разглядывая меня. Я со злостью вышиб ногой табуретку из-под одного из них. Он шмякнулся копчиком на пол, но ложиться все равно не спешил. Зато двое других поднялись и угрожающе шагнули мне навстречу. К счастью, в этот момент подоспели ребята. Вязов с размаху звезданул рукояткой пистолета одному, а, все еще полураздетый, Бородянский заехал ногой в пах другому. Через мгновение все трое кавказцев, как положено, лежали на полу лицами вниз и с руками на затылках.
Кузнецов привел с площадки четвертого их подельника, который открыл дверь. Тот уже пришел в себя от первоначального испуга и сказал:
- Возмытэ дэнги, все возмытэ, толко нэ убывайтэ.
Тут мы вспомнили, что забыли представиться и сообщить о своей принадлежности к милиции, и поспешили восполнить этот пробел. Задержанные заметно обрадовались, так как сначала почему-то решили, что наша операция является бандитским налетом. Правило Миранды у нас не действует, поэтому мы не стали объяснять им, что они имеют право сохранять молчание, а все сказанное может быть использовано против них в суде. Вместо этого демократично разрешили азербайджанцам сколько угодно лопотать по своему, но только лежа на полу, предупредив: кто встанет - получит в харю. Сами же занялись осмотром квартиры.
