— Посидите, Максим, отдышитесь. Вон документики у вас в руках. Их посмотрите, а через полчаса мы с вами пообедать сходим. У меня к вам есть разговор с глазу на глаз. Разговор оказался не простой. Самуил объяснил мне политику компании. Стабильная система не терпит возмущений. А я и был таким возмущением. Резкий бурный старт даёт мне преимущество, но расслабиться не стоит. Наши топы, опасаясь за своё место, начнут интриговать. Также он мне сообщил о том, что идёт чистка. Это обычная практика компании. Тут дело даже не в совершённых ошибках, а в том, что пришло время очередного цикла: пора менять не только лошадей, но и кучера. Степан Константинович занял должность генерального директора полтора года назад. Его не тронут. Первый заместитель ушёл в самостоятельное плавание, и он мне обязан. Мне стоит рассчитывать на его поддержку. А вот всем остальным стоит озаботиться своим будущим самостоятельно.
— Меня это тоже коснётся, Максим.
— Самуил Семёнович, да без вас же никак. Если от меня что-то будет зависеть, то можете на меня рассчитывать. Даже не сомневайтесь. Самуил тепло улыбнулся.
— Верю, Максим. Но дело в том, что я сам уже собираюсь на отдых.
Хватит. Возраст, здоровье. Я проигрываю молодым и энергичным вроде вас. Работу без Самуила я представлял плохо. Настолько он сросся с сами организмом нашей компании.
— Самуил Семёнович, я альтернативы вам не вижу, — честно признался я. — Если вам тяжело, то ищите себе помощника. Тут я замер, я удержался и не упомянул про его зама — Анечку, про начальника наших аудиторов Ерошина и начальника отдела финансовой аналитики Ищенко. Я понял подоплёку нашего разговора: Самуил меня прощупывал. Вот оно тонкое искусство оставаться всегда и везде на вершине пирамиды власти без скачков по головам, интриг и жестокого противостояния. Раппопорт умел предугадывать, предчувствовать и совершать правильные и точные поступки, а также не совершать лишних поступков, а в основе всего лежало изучение людей с которыми работал и событий, которые могу произойти. В дальнейшем я старался удержаться от оценок. Насчёт отношения финансового директора ко мне лично, я не строил иллюзий. Оно будет приятным и доброжелательным ровно до того момента, пока это не войдёт в противоречие с его интересами или он не почувствовал угрозу своему непоколебимому статусу. Он не видел во мне никакой угрозы для себя. Скорее всего, я был для него непонятен. С его подчинёнными было всё ясно. Анечка была чистой воды исполнителем, профессионал высокого класса, умная, работящая, но ей было уютно за чужой спиной. Она боялась принимать решения. Я точно знал, что всю работу финансистов ведёт именно она, но, тем не менее, Анечка всегда оставалась в тени. Глава шайки наших аудиторов была самой вероятной альтернативой Раппопорту, но Самуил выстроил работу таким образом, что Ерошина чувствовала себя слишком хорошо в плане доходов и отсутствия ответственности. Ищенко не скрывал своих амбиций, он хотел стать на должность финансового царя в нашей конторе, но постоянно попадал во всякие неприятности, которые существенно подмачивали его репутацию. Поэтому вряд ли ему дадут вылезти из своего угла. Теперь я сильно сомневался в том, что такие приключения с Ищенко случались без участия Самуила. Разговор закончился вполне позитивно. Самуил убедился, что я не представляю для него угрозы, и он пообещал мне помощь, со своей стороны. А я внезапно осознал, что стал одной из ведущих фигур на шахматной доске корпоративных игрищ за власть в нашей компании. После задушевного разговора, мы с финансовым директором пошли обедать в его любимый ресторан средиземноморской кухни. А Вику я так и не увидел до конца недели. Пятница началась с предчувствия грядущего масштабного и грозного события. Менеджеры беспорядочно суетились и метались из кабинета в кабинет, а вся наша контора гудела как пчелиный улей. По корпоративной почте разослал сообщение о том, что сегодня в три часа дня всему без исключения коллективу следует быть в холле. Просторный и пафосный холл в нашем здании был местом проведения официальных торжественных мероприятий компании и массовых «казней» с театральным эффектом. В рабочей атмосфере компании резко возрос градус нервозности. Я был спокоен и уверен в себе. Поставленные генеральным, задачи были выполнены практически полностью, хотя, это было, вообще, невероятно.
