– Спасибо, не надо. После твоих близнецов трупы некуда складывать. А что, – страшное подозрение закралось в душу Питфея, – близнецы в Кекрополе?
– Сейчас в Кекрополе. На днях вернутся в Микены.
– Мог бы и предупредить. Ты же в курсе, что бывает, когда агенты сходятся на одной дорожке? Особенно если они не знакомы друг с другом…
– У них своя дорожка. Питомник я открываю, служебное собаководство. Буду улучшать породу. Успокойся, не сойдутся.
У Питфея отлегло от сердца.
– Породу? Валяй, улучшай. Отзови близнецов, дай им по племенной сучке – они тебе улучшат…
– Смешно, – с каменным лицом сказал калека. – Очень смешно.
И отключился.
– Что теперь? – спросила Эфра.
– Томаты. Превосходные томаты, сорт «бычье сердце». Некоторые их заранее ошпаривают, чтобы слезла шкурка, но я так никогда не делаю. Я предпочитаю снимать шкурку сам, никуда не торопясь…
И Питфей взялся за нож.
– Я так и знал! – с порога гаркнул Пирифой.
– Что ты знал?
– Что ты сидишь на веществах!
Обличительным жестом Пирифой указал на стол, где аккуратным рядком лежали пять пакетиков с белым кристаллическим порошком. Тезей был готов к этому, еще набирая номер Пирифоя: неизбежные издержки присутствия в комнате постороннего. Развитие темы он тоже представлял заранее: «Соль? Морская соль? За дурака меня держишь?!»
Демонстрация, подумал он. Наглядная демонстрация. Краткие инструкции: что делать, как делать. Служить хочешь, приятель? Собакой? Сидеть, лежать, голос, и не задавай вопросов.
Поначалу Тезей колебался. Рискнуть в одиночестве? Нет, слишком велик шанс не вернуться. Риск должен быть разумным, и если можно свести его к минимуму… Не впутывать Пирифоя? Обратиться к Ариадне, пусть подстрахует? Ариадна не откажет, но… Вдруг поперек сеанса где-то в Кекрополе даст дуба очередная аватара? Прокурорскую дочку скрутит приступ, она сама будет нуждаться в помощи. Опять же, Неистовый. Что, если богу вздумается войти в Ариадну именно сейчас?
Если есть хоть малейшая вероятность, что за шиворот свалится какая-нибудь дрянь – она свалится обязательно. Дряни, они и без вероятностей валятся с завидной регулярностью.
– Блин, и правда соль! Морская…
Пирифой хотел сплюнуть, поискал взглядом плевательницу, не нашел и, скривившись, проглотил горькую слюну.
– Меня ты зачем позвал? Огурцы солить?
– Это электролит для жидкостных интерфейсов.
– Что?!
– Черный ход в цифрал.
Тезей извлек из шкафа мерный стакан и заранее припасенную бутыль с дистиллированной водой. В принципе, годилась и обычная, из водопровода, и отмерить можно было на глазок, но точность дозировки и чистота раствора дарили ему лишние секунды
– С черного хода полезем? Как в морг?
– Заткнись. Сглазишь.
– Я не глазливый. А зачем?
– За информацией. Я нырну, а ты будешь меня страховать.
– Ладушки, напарник, – Пирифой оседлал стул, сложил руки на высокой спинке, пристроил поверх рук подбородок. – Валяй, объясняй страховку.
– Твоя задача – прервать контакт.
– Когда?
– Когда я начну задыхаться. В смысле, задыхаться всерьёз.
Отмерив двести пятьдесят миллилитров воды, Тезей высыпал в стакан соль из одного пакетика и принялся тщательно размешивать раствор деревянной палочкой с плоским концом.
– Слушай, – Пирифой вдруг разволновался. – Ты что, в первый раз ныряешь?
– Расслабься, напарник. В первый раз я еще мальчишкой нырял.
О первом своём
Кто знает?
Питфей застыл перед монитором. Пальцы левой руки с безумной скоростью барабанили по клавишам, пальцы правой терзали «мышь». Дергалось, плавилось лицо в вихре сменяющих друг друга эмоций. Когда вдруг…
«Деда, привет!»
Окно чата, отключённого по умолчанию, заблокированного наглухо, всплыло поверх всех окон, которые открыла Слепая руками своего аватара. Кажется, удивилась даже богиня – пальцы Питфея замерли.
«Это я, Тезей!»
Питфей рефлекторно потянулся набрать ответ внуку и обнаружил – о чудо! – что пальцы его слушаются. Нет, богиня никуда не ушла, она была здесь, в нем, но ослабила хватку, отстранилась, возвращая скафандру толику самостоятельности. Такое случилось впервые на памяти Питфея. Похоже, Слепой было интересно.
«Привет! Это дедушка. Ты где?»
«Тут.»
«Где тут?»
«В цифрале. Тут здорово!»
