Так называлась статья популярного автора, помещенная несколько лет назад в одном из наших весьма популярных журналов. Вопрос вроде бы праздный: всему свету известно, что Жанна д’Арк была сожжена в Руане в 1431 г. Но беда в том, что названная статья (написанная довольно хитро) носит несколько двусмысленный характер, и у читателя возникает сомнение: «А может быть, и правда?» Во всяком случае, пишущему эти строки студенты не раз заявляли «А ведь вы рассказывали нам неправильно! Оказывается, Жанна д’Арк вовсе не была казнена!» И поскольку подобные реплики продолжают проскальзывать и по сей день, а на родине Жанны но этой «проблеме» сложилась обширная литература, считаю долгом снова к ней возвратиться. Причем поставить вопрос в более широком плане: прижизненная и посмертная судьба героини в свете современного состояния историографии.
Жанна, простая крестьянка из приграничной лотарингской деревушки, едва достигшая шестнадцати лет, совершила беспримерный подвиг, точнее, серию подвигов, которые спасли Францию от иноземного нашествия. Она сумела возглавить патриотическую борьбу народа против захватчиков-англичан, воодушевить солдат, обеспечить радикальный перелом в военных действиях и даже в какой-то мере предопределить исход всей войны. Как это удалось неграмотной девушке, почти девочке?
Конечно, маленькая крестьянка из Домреми не была обычной девушкой. Все известные нам факты биографии Жанны говорят о том, что она была уникальной личностью. Обладая исключительной силой воли, бесстрашием, самоотверженностью, великодушием, до предела целеустремленная, всецело отдавшаяся великой идее, Жанна остро чувствовала все, что этой идеи касалось. Доверчивую и бесхитростную, в этом ее обмануть было невозможно. Она, казалось, была наделена редкой способностью многое верно предугадывать. По общему мнению, она была ясновидящей. Интуитивные побуждения воспринимались экзальтированной девушкой как веления свыше, как голоса, идущие от Бога и святых. Отсюда исключительная уверенность Жанны, твердость, непреклонность во всем, что связано с ее миссией; отсюда же и вера в нее сотен тысяч людей.
И все же одними внутренними свойствами Жанны объяснить ее подвиг невозможно. Нельзя забывать, что дело происходило в XV столетии, в период, когда каждый простолюдин испытывал тяжелый сословный гнет, освободиться от которого было не так-то просто. В те времена ведение войны было привилегией «благородных», а крестьянам запрещалось даже носить оружие; что уж тут говорить о положении крестьянской женщины, скованной патриархальными принципами средневековой семьи! Как же в подобных условиях юная крестьянка сумела выйти на старт своего подвига? Даже если принять во внимание всю необычность ее личных качеств.
В этом вопросе историки обычно уходят от прямого ответа, а между тем ответ весьма прост: путевку в жизнь героине дала католическая церковь. Именно церковь
Вот тогда-то, в канун ее выступления, и был проведен первый из пяти судебных процессов, которые пришлось претерпеть девушке и при жизни, и посмертно.
Когда весной 1429 г. впервые появилась юная крестьянка, уверенная, что она призвана спасти «милую Францию», Карл VII ухватился за это, как утопающий соломинку. Однако король не мог ничего предпринять без согласия своих советников, прежде всего советников духовных. Опрос, которому подвергло Жанну придворное духовенство, не дал ощутимых результатов: у девушки нашлись защитники, в числе которых один из главных сановников Карла VII — архиепископ Реймский, в целом мнения разделились. Решено о обратиться к более компетентной инстанции. В конце марта Жанну под усиленным конвоем отправили в Пуатье — временную столицу Франции, где находились видные богословы и законоведы. Девушка очутилась перед синклитом специалистов по борьбе с еретиками и ведьмами.
Согласно королевскому письму, им поручалось разобрать дело Жанны. Комиссия состояла из пятнадцати человек. Главную роль играли мэтр Жан Масон, доктор канонического и гражданского права, и личный духовник короля, мэтр Жерар Маше. Под их началом в числе прочих находились четыре доминиканца — братья Тюрлюр, Боннэ, Эмери и Сеган, весьма искушенные в вопросах веры. Комиссии надлежало выяснить, от Бога или от дьявола шли «голоса», которые слышала Жанна, и определить, может ли она быть допущена к войску. Хотя протоколы комиссии до нас не дошли, сведения хроник и писем дают возможность довольно ясно представить, что происходило в Пуатье.
