Вероятно, у нее были личные причины взяться за малоперспективный и никому неинтересный проект. Зачем блокировать внезапно открывшиеся способности человека передавать мысли на расстоянии, если намного выгоднее их развивать? Елизарова явно считала Данилу своим соперником, но он конкуренткой ее не считал. Будучи старше ее и намного опытнее, он понимал, что государство не будет финансировать проект, не сулящий ни экономической выгоды, ни стратегического преимущества. Как бы хорошо Елизарова ни представила свои разработки, как бы далеко ни зашли ее научные изыскания, шансов у нее нет. Он знал, что члены ученого совета «Заслона» это тоже хорошо понимают. Даниле даже стало немного жаль Лиду, витающую в облаках.
Интересно, сколько ей лет: 25, 30, 35? По внешности это было определить сложно. Она выглядела, пожалуй, лет на тридцать, но женщины, следящие за собой, часто кажутся более юными. С другой стороны, она вела себя так наивно и непосредственно, что казалась вчерашней аспиранткой, не способной трезво оценивать свои возможности, а не зрелым ученым. Да, больно будет ей падать. Но, с другой стороны, Данила не виноват, что она еще не научилась мыслить трезво – он не обязан уступать ей только потому, что старше, мудрее и сильнее. Наука не для слабаков! Встанет и пойдет дальше – молодец, сдастся – значит, в науке ей не место.
Лида задержалась на работе, и со стороны могло показаться, что на нее напал сушняк: за вечер она несколько раз подошла к кулеру. На самом деле ходила она сюда не пить, а подслушивать мысли Сидоренко. Убедившись, что уже больше часа в его кабинете тихо, и на этаже не осталось никого из сотрудников, Лида решила приступить к осуществлению своего плана.
Первым делом нужно было открыть замок. За несколько часов ожидания она успела просмотреть несколько видеоинструкций, как вскрывать замок с помощью шпильки. Вроде бы все было ясно. К тому же Лида потренировалась на запорах своего письменного стола и пришла к выводу, что задача ей предстоит пустяковая. Однако она ошиблась. Замок на двери сидоренковского кабинета оказался куда более сложным, чем в ее письменном столе, и с его взломом Лида провозилась более получаса. Но упрямства ей было не занимать, так что в конце концов эта преграда осталась позади. Лида проскользнула в кабинет и, закрыв за собой дверь, включила принесенный с собою фонарик: не хотелось, чтобы светящееся в темноте окно сидоренковского кабинета привлекло чье-нибудь внимание.
Ящик письменного стола она вскрыла без особого труда, выложила на стол документы, постаравшись запомнить, в каком порядке лежали папки и файлы, чтобы положить их так же. Тогда Сидоренко не заподозрит, что в его бумагах кто-то копался. Внимательно рассмотрела документы и пришла к выводу, что в столе зам по спецпроектам не держал ничего важного, способного его скомпрометировать.
Как было, папки в стол Лида положить не успела. Сначала она почувствовала, что недалеко кто-то есть, потом услышала, что чей-то ключ царапается в замке. Запихнув документы в ящик, как получилось, она шмыгнула за перегородку, отделяющая небольшую часть кабинета от основной. За ней был шкаф-гардероб. Опасаясь, что перегородка не скроет от любопытных глаз ее тень, женщина спряталась в шкаф. Едва она успела скрыться, как услышала, что дверь кабинета открывается и закрывается снова, на замок.
Лида так разволновалась, что даже забыла о том, что обладает телепатическими способностями. Она замерла, как мышка, не пытаясь прочитать мысли вошедшего, а лишь прислушиваясь к его шагам и другим звукам. Человек уверенно подошел к письменному столу и, кажется, выдвинул ящик. «Я пропала, – в ужасе продумала Лида. – Николай Степанович наверняка заметит, что все лежит не так, как он оставлял. К тому же я забыла на столе фонарик и шпильку. Какая же я дура!».
Сидоренко (а Лида была уверена, что в кабинете хозяйничает именно он), плюхнул на стол папки с документами. Похоже, задел фонарик. Лида слышала, как тот покатился по столу и с громким стуком свалился на пол. Сердце заколотилось еще быстрее.
Что происходило за стеной шкафа и перегородкой, Лида не знала, пока не услышала шаги прямо у самой двери шкафа. Рядом кто-то был. По всей, видимости, мужчина. И еще один мужчина, кажется, был возле кабинета в коридоре. Это было странным, но ощущения Лиду не обманули: она услышала стук в дверь. Сидоренко почему-то не ответил, а открыл дверь шкафа, в котором пряталась Лида. Она отступила к самой стене.
Влезший в шкаф мужчина вел себя неадекватно, если только можно было вообще считать адекватным само проникновение в платяной шкаф. Оказавшись внутри, «новосел» задвинул за собой дверцу и повернулся к Лиде лицом. Ее ослепил свет от шахтерского фонарика на его лбу. Проморгавшись, взломщица поняла, что перед ней не Сидоренко, а Петров. Она чуть не вскрикнула от удивления, но тот вовремя зажал ей рот рукой. Вовремя, потому что дверь кабинета отворилась, и кто-то в него зашел. Через щель в шкафу было видно, что он зажег свет. Через несколько секунд свет погас, дверь кабинета закрылась.
