Она хотела сначала обсудить это с ним и узнать его мнение. Теперь она его знала.
– Желаю тебе хорошо провести время в Англии, если ты решишь туда полететь, – равнодушно сказал он.
Она не собиралась возвращаться домой. Она хотела просто немного передохнуть после тех испытаний, которые им пришлось пережить. Но она не потрудилась объяснить ему это, потому что понимала, что его это не волнует. Коль скоро с ним все было в порядке, остальное не имело значения.
Спустя несколько минут они распрощались, после того как Найджел напомнил ей, чтобы она больше ему не звонила. Он сам свяжется с ней, когда закончит свои дела. Этот разговор огорчил Джину, которая пыталась осмыслить все услышанное. Когда она вернулась в ресторан, Чарльз сразу заметил, что она расстроена. Но он не стал ни о чем ее спрашивать. Он знал, что звонил Найджел. Это было видно по тому, как Джина просияла, когда ответила на звонок. Но теперь она выглядела по-другому – несчастной и печальной, и Чарльз, продолжавший болтать с детьми, понял, что разговор был неприятным. А по дороге в гостиницу Джина сказала, что обдумала его предложение и решила, что будет неплохо вернуться в Лондон на несколько недель, поскольку девочки все равно не будут посещать школу и эта поездка будет для них настоящим праздником. И она не могла пока вернуться в свою квартиру. Их здание и вся их улица были еще оцеплены.
– Я могу пожить у моих родителей, – вызвалась Джина, что, как Чарльзу было известно, было неудобно для нее, поскольку они жили в часе езды от Лондона. – А девочки могут остаться с тобой, если хочешь. Я могу приезжать, чтобы быть с ними в течение дня, пока ты на работе. Или они могут пожить вместе со мной у мамы и папы, а по вечерам я буду привозить их к тебе на ужин.
– Ты можешь жить в моей квартире вместе с нами, если хочешь. У меня есть комната для гостей и раскладной диван. Я могу спать на нем, а ты с девочками устроишься в спальне. И я не собираюсь приставать к тебе, – серьезно сказал он. – Просто будет приятно проводить с ними как можно больше времени, пока вы будете в Лондоне. И ты можешь приходить и уходить, когда захочешь. А если вечером ты соберешься куда-нибудь, я буду дежурить с ними.
Это звучало разумно, и Джина верила, что он не станет приставать к ней. Он был предельно вежлив и сдержан, пока они жили в одном номере в гостинице. Они были в разводе уже год, и она успела забыть, каким он мог быть добрым и внимательным. Она была уверена, что так он себя будет вести и в Лондоне. И ей будет намного удобнее жить у него, чем у родителей за городом.
– Очень мило с твоей стороны предложить это, – тихо сказала Джина. – Когда ты собираешься возвращаться?
Ей нужно будет наведаться в свою квартиру, чтобы собрать кое-какие вещи, если полиция разрешит. А если не разрешит, она может купить одежду для девочек и для себя в Лондоне.
– Я думал улететь в субботу, – ответил Чарльз. – Поскольку аэропорты уже открыли. Это не слишком скоро для тебя?
Он не знал, захочет ли она увидеться с Найджелом до отъезда. А суббота была уже через два дня.
– Это меня вполне устроит. Завтра я попробую съездить домой и собрать все, что окажется сухим.
– Если не получится, мы решим эту проблему в Лондоне, – просто сказал Чарльз.
– Именно это я и думала, – улыбнулась Джина. – Мои родители будут в восторге, увидев детей.
А Чарльз был счастлив побыть в обществе своих дочерей и Джины в течение нескольких недель.
Они отправились в гостиницу рука об руку, и на какое-то мгновение он почувствовал себя как в былые дни. Он снова напомнил себе, что они разведены, но она была матерью его детей. И этого было достаточно; на большее он теперь не имел права.
Когда они вернулись в номер, он забронировал билеты, и Джина сказала ему, что хочет сама заплатить за свой билет. Он может заплатить за девочек, что он в любом случае собирался сделать и так.
– Я не против того, чтобы заплатить за тебя, – мягко сказал он.
Но Джина покачала головой и отклонила его предложение.
– Это будет неправильно, – напомнила она ему.
Как говорил Найджел, она была независимой женщиной. Но она была счастлива полететь домой вместе с Чарльзом. И девочки тоже, когда им сказали об этом. Чарльз объяснил им, что они летят в Лондон на несколько недель, в гости, чтобы они не подумали, будто возвращаются совсем. Хотя он чувствовал, что они были бы рады вернуться. И хотя им, похоже, нравилось жить в Нью-Йорке, все равно они оставались типично английскими детьми. Чарльз рассказал им о том, как весело они проведут время, и они принялись визжать и прыгать на большой кровати, стоявшей в комнате. Им с Джиной трудно было уложить их спать в этот вечер. А когда они наконец уснули, Джина повернулась к Чарльзу, лежавшему на полу в спальном мешке.
– Спасибо тебе, – прошептала она очень тихо, чтобы не разбудить детей.
– Это тебе спасибо за то, что ты согласилась, – улыбнулся он ей.
