С каждым словом Милена всё больше проникалась скверностью ситуации. Ей так хотелось помочь Эрену, поддержать его, но что она может, если всё настолько серьёзно? А ведь иначе быть не может. Максимально серьёзно и сверхсекретно. Только она никто. Одна из миллионов. Ни денег, ни связей. Ничего. Если будет нужно, люди, стоящие у руля этого бардака, легко сотрут её в порошок, не трогая и пальцем. Вариантов столько, что страшно представить. От этого хочется бежать, но Милена никогда себе не простит, если так поступит. Значит, остаётся надеяться, что удача им подарит свою улыбку.
— Ты ведь ничего не сделал, — заговорила Милена, понимая, как глупо звучат её слова. — За что тебя задерживать? Надо всё им объяснить.
— Ты очаровательна в своей вере в людей, — хмыкнул Эрен невесело. — Им не нужны объяснения. Меня посадят обратно в клетку и будут продолжать ставить эксперименты, только потому что я тот, кто есть. Для людей Управления я и мне подобные — лабораторные животные, а то и меньше. Нас официально нет и не должно существовать в природе, а значит, прав у нас меньше, чем у редкого вида жуков.
— Так нельзя! — выдала Милена на эмоциях и, вскочив на ноги, начала нервно метаться по камере. — Какие к чёрту эксперименты? Это негуманно! Ты живой разумный парень, лучше подавляющего числа людей, что я в жизни встречала. Я не дам им сделать с тобой подобного!
Ответом было молчание, и, обернувшись, она увидела, как Эрен смотрит на неё с мягкой грустной улыбкой. Внутри всё сжалось от осознания: может, это их последние минуты. Кусая губы и сжимая кулаки, Милена пыталась найти выход из ситуации, с отчаянием понимая своё бессилие.
— Давай лучше поговорим о чём-нибудь другом, — произнёс он. — Пожалуйста.
Они говорили обо всём. Важном и не очень. Бежали в своих беседах от жутковатой реальности. Милена была готова обсуждать что угодно, если это поможет Эрену отвлечься от разрушительных мыслей. В камере не было окна, и было невозможно сказать, сколько прошло времени. По ощущениям — много. О них будто забыли, но Милене казалось, за какой-то нуждой их специально «маринуют». Потому шаги в коридоре показались ударами боевых барабанов.
У самой решётки, заложив руки за спину, стоял мужчина лет сорока, непримечательной внешности, во всём чёрном. Он молча рассматривал Милену и Эрена. Сначала ей хотелось вскочить и немедленно потребовать ответов, но, поборов порыв, она решила подождать. Посмотреть, что скажет их «гость».
— Как твоё имя? — произнёс мужчина, насмотревшись, и было очевидно, не Милена его интересует. — И даже не пытайся разыгрывать что-то из серии «кто вы и что нужно». Давай сэкономим время и нервы.
— Эрен, — это он произнёс, встав напротив и смотря в глаза человеку, от которого зависела его судьба.
— Отлично, — кивнул визитер. — Я хочу знать, Эрен, что ты делал с момента побега из комплекса, сколько погубил людей и наплодил отпрысков? Советую рассказать всё добровольно. Так нам обоим будет лучше.
— Может, вы хотя бы представитесь? — не выдержала Милена такого пренебрежения к себе.
— Простите, милая девушка, — мгновенно повинился мужчина. — Добростроев Иван Юрьевич. Отвечаю, так сказать, тут за всё. Но впредь прошу вас не вмешиваться, пока к вам не обратятся.
В последние слова от вложил явную угрозу, заставив испуганные мурашки выступить на коже Милены. После чего демонстративно перевёл взгляд обратно на Эрена.
— После того, как сбежал, несколько дней бродил по лесу. Затем выбрался к этому городу, снял дом и всё это время изучал жизнь людей и программирование. Ни человеческих жертв, ни детей. Но вы ведь мне не поверите, верно?
— Значит, ты утверждаешь, что невинен как дитя, мухи не обидел, — скептически усмехнулся Иван Юрьевич. — А доказательства у тебя есть? Кто-то может это подтвердить?
— Я его доказательство, — влезла Милена, которую разозлил тон мужчины. — А также мои друзья, сестра, соседи и даже продавец в ближайшем магазине, куда Эрен ходит за продуктами и всякой мелочёвкой. Ах да, ещё месяц с лишним назад мы заключили с ним договор аренды малого дома на моём участке в агентстве «Свет в окне». Можете проверить. Всё это время Эрен был у меня на глазах, и не он ответственен за жертвы, что стали следствием вашей несостоятельности.
— Даже так, — протянул Иван Юрьевич.
При этом он сверлил её недовольным взглядом. Явно счёл обнаглевшей выскочкой и мечтал поставить на место. Например, доказать, что она врёт. Пусть проверит и обломается. Милена уверена в сказанном, ведь каждое слово — правда.
— Ты не знаешь, куда лезешь и с кем связалась, девочка, — произнёс Иван Юрьевич, глядя с жалостью, что разозлила Милену ещё больше. — Кого защищать пытаешься.
— Если вы это о природе Эрена, её двойственности, то я всё знаю, — ответила Милена, подходя к решётке вплотную. — Всё, понимаете?
— Милена… — прошептал Эрен беспомощно.
— Даже так, — снова повторил Иван Юрьевич. — Любопытно.
— Так вы проверите мои слова? — мило улыбнулась Милена.
— Обязательно, — был ей ответ.
