А с другой стороны, не все равно ли какая причина? В родные края ведь едем, если сразу же куда-нибудь не пошлют, то можно будет и до дому выбраться.
- Хорошо, - сказал я. - Кого именно хоть сопровождаем?
- Не знаю, - полковник мотнул головой. - В письме не указано.
Обговорив детали, Вейрунд отправил нас готовиться.
Первым делом я обрадовал своего ординарца, а потом пошел искать Партура, может он письмишко домой чиркнуть захочет.
Богатая карета в сопровождении нескольких гвардейцев прибыла аж без четверти семь. Ну, раз Гвардия в сопровождении, значит персона действительно очень важная.
Мои радары работали в обычном режиме, так что я видел не только кучера со слугой, сидящих на передке, но и тех, кто прятался внутри, за занавешенными окнами - двух женщин. О как. А я думал, сановника какого-нибудь повезем.
Вейрунд вместе с Лейфниром переговорили с командиром гвардейцев (я в это время в сторонке стоял, с магом, который с нами поедет, общался), подошли к карете, открыли дверцу, раскланялись. После недолгого разговора гвардия поехала обратно в город, а мы еще немного постояли и тоже тронулись.
Один взвод всадников двигался впереди, затем ВИП-карета, затем несколько наших повозок (на одной из которых ехал мой ординарец), сзади второй взвод. Капитан бывало смещался то к одному взводу, то к другому, но большую часть времени был в центре построения, перед каретой. Тут же находились и мы с магом.
- Кого везем? - спросил я Лейфнира, как только кавалькада выехала за пределы армейского лагеря.
- Племянница главы Бирона, - бросил тот и зачем-то поскакал во главу авангарда.
Племянниц у главы города Бирона было несколько, некоторых из них я даже знал. Хотел было спросить ее имя, но Лейфнир уже удалился слишком далеко. Орать же, чтобы меня услышали дамы, я, понятное дело, не стал.
А потом просто забыл про это.
Хотя лёгкое недоумение осталось - глава Бирона, господин Санмир, насколько я знаю, не настолько влиятельным человек, чтобы сам принц выделял его племяннице такой внушительный эскорт. Видать тут какие-то личные связи роль сыграли.
Версты не спеша уплывали за спину, женщины тихонько сидели в карете, не беспокоя нас, мы их уединение тревожить тоже не смели, разве что капитан парой слов с ними перебросился, когда мимо окошек проезжал. Погода была замечательная, всё тихо-мирно - поездка начинала приносить удовольствие.
Стал размышлять куда пристроить орденские премиальные. Деньжат-то немало подкинули. Очень немало. Понятное дело часть домой привезу, часть в банк положу (да-да, банковское дело в этом мире весьма развито; далеко не так как на Земле, но весьма и зело, как говориться; даже громадные международные синдикаты в наличии). Опять же, броня новая нужна. После прошедшей мясорубки, пластинчатый доспех почему-то перестал меня удовлетворять. Захотелось укутаться в полноценные латы.
Расталкивая остальные мысли, в памяти снова всплыл один человек, замеченный мною в Ренфире. Мы как раз всей толпой на награждение ехали, а народ по краям улицы столпился, приветствовали, цветочки бросали. Офицеры - кто-то улыбался, ловил цветы, махал в ответ, кто-то с высокомерной мордой старался не замечать простолюдинов.
Я большей частью женскую половину рассматривал, но взгляд сам собой упал на высокого плотного мужика, стоящего на крыльце харчевни. Одет в хороший дорожный костюм, с топором за поясом. И топор не обычный хозяйственный - боевой, с гравировкой. Почему-то сразу подумалось, что не местный. Смотрел он на проезжающую офицерскую кавалькаду не то чтобы хмуро... Злости или ненависти нет, но... Без положительных эмоций, в общем.
Я задержал внимание на нем, он сначала рассматривал других, потом поймал мой взгляд. Оглядев меня, он тут же опустил глаза, как это обычно делают простолюдины под взглядом дворян, и снова принялся пялиться по сторонам.
Я еще несколько секунд глядел на него, и, не найдя ничего опасного или необычного, отвернул голову и выкинул его из головы. Однако со вчерашнего дня память почему-то стала частенько вытаскивать его образ из закромов.
Я не понимал в чем причина такой настойчивости. Уже неоднократно вспоминал малейшие детали, прошелся мысленным взором по каждой пуговке на кафтане этого мужика, но ничего, за что стоило бы зацепиться, не находил. Да, не местный, да, принадлежит к какой-то другой народности, явно может постоять за себя, высокий, но немного ниже меня. Несколько слабеньких амулетов. Все с ним было вполне нормально.
Эти воспоминания стали уже конкретно надоедать, и теперь я усиленно гнал их от себя.
Желая переговорить с Андисом по поводу еще не скорого обеда, я свернул на обочину и придержал коня, пропуская карету вперед.
Раздавшийся голос опять заставил меня вздрогнуть, ибо этот голос был удивительно знаком.
- Господин Арей, и долго вы будете нас игнорировать?
Из окошка кареты на меня смотрела госпожа Кайрин.
- Оба-на, - вырвалось у меня по-русски. - А вы что здесь делаете?
- Как что? - возмутилась она. - Еду к дяде. В Бирон. Или вы едете куда-то в другое место?
