— Ты далеко не первый, от кого я это слышу за последние сутки, — вздохнула Лоу. — Ты уволен с волчьим билетом, прямо с этой минуты. Пока дойдёшь до своего бывшего кабинета — поймаешь мой приказ по сетке. Наверное, тяжело придётся, да? Без телепорта ведь отсюда не убраться, а к нему у тебя теперь доступа не будет. Опять же, немного задолжал тем, чуть-чуть другим? Заказ Молний подвис, да?
— Я могу поинтересоваться причинами своего увольнения? — всё так же хрипло спросил Сэм через долгую четверть минуты молчания. — Окей, я понимаю: ты начальник — я дурак. Но ведь должны же быть какие-то логические основания? Почему не переаттестация, как у всех?
— Мр-р-р, может быть, это мой каприз? — Джордан намотала на палец локон и вопросительно подняла подбородок. — Я — начальник, ты — дурак. А даже если и далеко не дурак… Ты же сам понимаешь, дураков иногда просто назначают. Лично мне моего каприза более чем достаточно.
— Я буду оспаривать это решение в суде, — Дьёрк глухо сглотнул слюну, наблюдая за колыхнувшимися в разрезе декольте полушариями.
— Твоё святое конституционное право. Оспаривай, конечно.
После того, как вышел и Дьёрк, Лоу мгновенно стёрла с лица выражение мечтательной идиотки:
— Что же ты творишь, а? Сука ты, Щукин! — тоскливо протянула она всё в то же неизменное зеркало.
Её демарш в адрес криминальной полиции, по большому счёту, преследовал три цели.
Первое — колоду кадров перетасовать максимально, для этого переаттестация годилась как нельзя лучше. Глядишь, вернутся не все и все вернувшиеся будут более сговорчивыми.
Второе — поставить на отдел своего человека. С кандидатурой она ещё не определилась.
Третье, пожалуй, было главным — но в этом она не сразу призналась даже самой себе.
Максимально защитить Щукина от…
Да от всего, чёрт возьми! Никто в этом здании не мог и предположить такого мотива: чем сильнее коррумпированные кримполовцы заняты сейчас собственными жопами и креслами под ними — тем больше у русского шансов увернуться в самое ближайшее время от тандема Молний (с одной стороны) и помогающих им за вознаграждение копов (это с другой стороны).
А в том, что Молнии теперь сделают всё самое невозможное, чтоб покарать наглеца, она не сомневалась. Три с половиной трупа на это явственно намекали.
— И расследование по новым трупам пока притормозится, раз кримпол временно парализован. Долбаный ты мужлан, Щукин, — задумчиво произнесла новая начальник участка минут через пять. — Ещё пару тех патрульных надо на переаттестацию наладить — чтоб и им было не до болтовни. Или уволить нахер? — Джордан задумчиво намотала на палец второй локон.
Внезапно её прострелила мысль. Лихорадочно оглянувшись по сторонам, она схватилась за смартфон:
— Медсектор?! Старший детектив Лоу… Нет, начальник участка теперь, хе-х… Мне нужна срочная диагностика… Нет, меня лично… Подозреваю принудительную установку мне несанкционированных нейро-расширений.
С той стороны задали вопрос, который лично она бы хотела максимально оттянуть.
Собравшись с духом, Джордан он словно бросилась в воду с обрыва:
— Обнаружила очень странную зависимость от конкретного человека. Объективных предпосылок не существует, очень похоже на вирусный нейропродукт… Да я понимаю, что малореально, но давайте проверим? Мне вам что, официальный запрос своей подписью на саму себя отправить?!! Вы по-любому такое тестирование обязаны делать…
Записываясь на приём, она старательно гнала от себя мысль: переполох, наведённый ею на третьем этаже здания, преследовал целью лишь ослабить давление на треклятого Шукина. Дать ему передышку. Глядишь, продержится сутки — продержится и потом. Сука белобрысая, с лупатыми глазами.
— Видимо, баба под нейро-продуктом и не на такое способна, — констатировала новоиспеченная шеф всего здания после того, как медицина предложила ей не маяться дурью. — Или не под нейро-продуктом. А под собственной дурью.
Справедливости ради, установить ей продукт в обход её желания ни Щукин, ни его корейский друг не смогли бы — исключалось целым рядом факторов.
Что не делало тоскливую боль в левой половине её груди легче.
Да что ж за напасть-то такая?! Лицо русского почему-то время от времени само всплывало перед внутренним взглядом.
Да какого хрена он отказался?! Она ему чуть не открытым текстом предложила себя прямо на рабочем столе разложить!
Виктория Абилхакимова, врач-интерн 7го курса медицинского университета имени Асфендиярова, Алматы, Республика Казахстан.
— Что-то потряхивает. — Красный Ван задумчиво шевелит пальцами ног, лёжа на кушетке.
— С учётом наших многочасовых путешествий, нормально, — пожимаю плечами, вводя иглу капельницы. — Не дёргайся.
Он, несмотря на мои слова, всё-таки пытается улечься набок. Естественно, игла тут же смещается.
— Тебе руку кормильцем зафиксировать?! — быстро поправляю всё, не выходя из вены.
— Выскочило?! — запоздало тревожится друг, указывая взглядом на свой локтевой сгиб.
