Бытие полностью

О, безусловно, всеми людьми и всей планетой лучше будет руководить единая аристократия, чем разделенные на враждующие фракции десять миллиардов вспыльчивых, легко пугающихся «граждан» с ядерным и биологическим оружием. Просвещение нравится ей не из-за народного правления. Демократия – лишь неудачное и потенциально опасное следствие того единственного, что она по-настоящему ценит.

Члены клайда считают, что смогут использовать Тенскватаву как средство удержания власти. Но эта новая волна популистского консерватизма – Движение отречения – не подсознательный рефлекс, как в первые годы столетия. Не приступ деревенской религиозности, которую легко возбуждают марионетки плутократов. Не в этот раз. Последователей Пророка не устроит следование их делу лишь на словах. Теперь нет.

Хотя прошло всего несколько секунд, Хелен явно нервничала из-за задумчивого молчания Лейси.

«Сделаешь это для нас? Конечно, мы снабдим тебя необходимыми средствами и штатом».

– Конечно. И в том числе…

«Э-э… Любая лингвистическая поддержка и все специалисты, какие тебе понадобятся».

– А инструменты моделирования? Для анализа социальных последствий?

«Абсолютно все, лучшие из имеющегося».

«Правда? – Лейси сумела не выгнуть скептически брови. – Новейшие версии, которыми пользуетесь сами?»

Любой человек за пределами клайда – то есть 99,9996 процента человечества (почти точно) – назвал бы Лейси частью «внутреннего круга». Дело не только в богатстве и способности приобрести влияние. Имеет значение и семья. Особенно когда поколение сделавших самостоятельно себя русских, китайских и американских олигархов ушло, оставив управлять нажитыми состояниями рожденных и выросших в роскоши потомков, и когда восстановился прежний порядок наследственной преемственности. И тем не менее Лейси знала: даже несмотря на ее брак с Джейсоном и на то, что ее родители помогли отсрочить Большой Договор, эти связи не гарантируют истинной власти. Даже знание всей подоплеки не гарантирует.

Иногда начинаешь гадать – кто эти подлинные иллюминаты? Те, кому ведомы подлинно большие тайны? Те, в чьем распоряжении вся грязь, и они в состоянии шантажировать даже самых идеалистически настроенных политиков? Те, кто тайно дергает за нити и передвигает влиятельнейших людей мира, как фигуры на шахматной доске?

Задумывается ли об этом Хелен?

Когда думаешь о большинстве этих отпрысков, принцев, шейхов и неолордов, убежденных в своем высоком интеллекте (ведь лицемеры льстят им, ставят высшие оценки в Оксбридже), остается лишь надеяться и молиться, чтобы не они дергали тайные струны! Любая тайная группа аристократов должна быть умнее их.

Возможно ли, что их вообще не существует? Может, каждая фракция аристократии считает, что делами в действительности управляет кто-то другой?

Лейси не знала, какая возможность для нее страшнее. Загадочная суперэлита влиятельных людей, вмешивающихся во все так, что она этого даже не замечает… или просто все обстоит так, как видится: смесь картелей и сословий, бесстыдных гильдий и бессильных государств плюс туман, который напускают «умные» горожане и пугающие иры… и все стараются повернуть руль, а в результате кораблем никто не управляет. Совсем никто.

Она осторожно ответила:

– Гм, я… наверно, хорошие инструменты помогут. Могу я получить доступ к Квантовому Глазу в Рияде?

Хелен моргнула, заерзав в кресле. Просьба была несколько больше, чем цель – отвлечь одну свихнувшуюся пожилую женщину от более серьезных проблем.

«Я… я могу обратиться в Рияд. Хотя, знаете, они немного…»

– Подозрительны? Но разве они не полноправные члены нашего клайда? Если все согласны с тем, что моя миссия важна…

Она не договорила. И это подействовало. Хелен кивнула.