Мне только-только исполнилось восемнадцать, когда мы с ним познакомились. Я влюбилась в него без памяти. Разве в него можно было не влюбиться?
Это было самое счастливое время в моей жизни, наверное. По крайней мере, потом таких мужчин, с которыми ты чувствуешь себя самой желанной женщиной на земле, я не встречала. Возможно, все это просто яркие воспоминания, я не знаю…
Открываю кран с водой, ополаскиваю руки, прикладываю тыльные стороны ладоней к горячим щекам, чтобы хоть немного их остудить.
Слышу, как открывается дверь. Бросаю мимолетный взгляд в зеркало. Замираю.
Хочется сказать, что туалет женский, но я молчу. Смотрю на отражающегося в зеркале Градова.
— У тебя все нормально? — интересуется, сканируя взглядом сначала меня, потом помещение.
Закрываю воду, киваю и поворачиваюсь к нему лицом, упираясь бедрами в тумбу. Какого черта он сюда приперся?
— Отлично. Ты дверью ошибся.
— Не думаю, ты же здесь, — ухмыляется.
— Чего тебя от меня надо? — психую, и как раз в этот момент у меня звонит телефон. Лезу в сумку.
Это мама.
Градов тоже видит имя звонящего на моем смартфоне, и его улыбка становится шире. Шире, но злее.
— До сих пор не избавилась от родительского контроля? — насмехается.
Он, к слову, мою маму тоже терпеть не мог. У них с самого начала возникла обоюдная неприязнь, граничащая с ненавистью.
— Иди в задницу, — стреляю в него гневным взглядом и выключаю звук. Перезвоню маме позже.
— Хотя твоя маман любого до печенок достанет.
— Хватит! Говори, что хотел, и проваливай.
— Грубо, не находишь?!
— В самый раз.
Прячу телефон обратно в сумку и обхожу Руслана стороной, чтобы попасть к двери. Я устала и не хочу больше его ни видеть, ни слышать.
Градов, к счастью, не преграждает мне путь, и я выдыхаю. Выдыхаю до момента, пока этот гад не хватает меня за руку. Его пальцы впиваются в мое запястье. Не больно, но с силой. Вырвать сейчас руку и сбежать я не смогу, как бы этого ни хотела. Вряд ли я вырвусь, если он сам этого не захочет.
— Пусти! — ощетиниваюсь.
— Спокойно, Южина. Вопрос есть.
Он подходит ближе. Чувствую его тепло, запах туалетной воды и злюсь еще сильнее. Я его уже давно не люблю. Ненавижу только. Он ведь знал, потом знал, что я родила. Знал и не приехал ни разу, не поинтересовался, ничего не сопоставил. А может, просто не хотел. Я ему была не нужна, а мой ребенок, наш, и подавно.
— Какой?
— Ты замужем?
Свою личную жизнь в медиапространстве я не афиширую. Никаких фото Яси ни разу даже в сеть не выкладывала. На вопросы всегда отвечаю абстрактно. Мол, да, есть семья. На этом все.
— Конечно, — улыбаюсь. — Удовлетворила твое любопытство?
— А муж у нас тот сопливый мажорик?
Руслан прищуривается, а я вообще понятия не имею, о ком идет речь.
— Именно он, — соглашаюсь от греха подальше и толкаю дверь, несмотря на то, что он все еще сжимает мое запястье.
— И как, нравится ему растить чужую дочь? — звучит над ухом.
Задыхаюсь от этих слов. Тяну носом воздух изо всех сил, но это не помогает. Кожа покрывается огромными колючими мурашками. По спине ползет холодок.
Я понятия не имею, что он несет. Сейчас меня все в нем пугает. Взгляд, голос, эти намеки. Что он знает? Чего хочет?
Теперь я уверена, что он не просто так появился. Все специально, все подстроено…
Это интервью — повод? А может, ловушка?
Внутри все ходуном ходит. Приходится сделать над собой громадное усилие, чтобы не ударить в грязь лицом, чтобы быть Руслану равной и не вестись на его дурацкие проделки.
— Понятия не имею, о чем ты, — жму плечами. — Есть какая-то инсайдерская информация?
— Полно, — кивает.
— Поделишься подробностями?
— Чуть позже, — расплывается в гадкой улыбке. — Отпустишь, может?
Синхронно смотрим на мою руку, которую он, оказывается, уже отпустил, зато вот я вцепилась в него мертвой хваткой. Даже не почувствовала. Это на эмоциях все.
Разжимаю пальцы и отскакиваю от Руслана в сторону, а уже через секунду с остервенением хлопаю дверью и иду к лифту.
Спускаюсь на первый этаж и пересекаю парковку. Забираюсь в машину и еще минут пять сижу за рулем обездвиженно. Мама тем временем названивает мне пулеметной очередью.
Не хочу никого слышать. Не хочу!
Единственное, чего я хочу сейчас, это оказаться дома и поиграть с Яськой в куклы.
Вздрагиваю от новой волны вибрации. Снова мама. Набираю в грудь чуть больше воздуха и подношу телефон к уху.
— Ты чего трубки не берешь?
— Работала, мам, — прикрываю глаза и откидываюсь затылком на подголовник.
— Лиза сказала, что они с Яськой вчера были на тренировке и столкнулись с твоим этим, Градовым, у дворца спорта.
Даже не видя маму, представляю всю гамму отвращения, что запечатлелась на ее лице.
Первые пару секунд мое тело пребывает в спокойствии. Мозг обрабатывает информацию, но, выйдя из офиса, я включила автопилот, поэтому времени, чтобы осознать, требуется чуть больше.
— Что? — резко подаюсь вперед, крепко сжимаю пальцами мобильник.
Что Руслан там делал? Яся гимнастикой занимается. Где гимнастика и где борьба…
— Эта идиотка потеряла нашего ребенка, — чеканит мама, — сама мне сегодня призналась.
— Ты ее там пытала? Она жива вообще?