— Точно! Организую им какое-нибудь социальное мероприятие. Пусть походят по городу, мусор соберут. Готова поклясться, Максим Аристархович на такое не подпишется. А эти кумушки лишний раз убедятся, что все их планы — бредовые.
Улыбка на моем лице трещит по швам. Воспоминания догоняют очень быстро, я ничего не успеваю с ними сделать.
Вспоминаю, как давным-давно меня отправили убирать мусор в универе. Все отказались. Пришел только Максим. Помогал мне, не брезговал, а после… после целовал меня очень долго в своей квартире. До немых губ и кружащейся головы.
— Уль? — Оля замирает, глядя на меня. — Ты плачешь?
Отворачиваюсь, беру сумочку, быстро смахивая с ресниц невесть откуда набежавшие слезы.
— В глаз что-то попало, Оль.
Ага, попало. Прошлое. Такое жи-и-ирное, огромное бревно, которое ни достать, ни игнорировать невозможно.
Пока Лешка на тренировке, я навожу порядок в нашей двушке.
Когда Лешка родился, мы жили с отцом. В однушке было тесно и неуютно. Папа много работал, а Леха по ночам страдал — то живот, то зубы, то просто играл, полуночник.
В итоге папа не высыпался. Как-то незаметно он переехал на кухню и обосновался там на маленьком диванчике.
Потом я вышла замуж, мы с сыном переехали к Денису, а папа снова стал полноправным хозяином в доме.
Развод с Денисом был сложным. Не потому что кто-то сопротивлялся, нет. Совместно нажитое имущество я даже не собиралась делить, оно было заслугой Дениса. Общих детей у нас не случилось, Лешка как был без отца, так и остался. Денис не поднимал тему его усыновления, а я тем более.
Решение о разводе приняла я. Так не могло длиться дальше. Денис отдавал всего себя, а я ни принять, ни отдать себя не могла. Три года я честно пыталась полюбить мужа, забыть эту сволочь Максима, но сердцу не прикажешь.
Можно было бы и дальше паразитировать на чувствах Дениса, но я не смогла. Это нечестно и низко.
Во время развода камнем преткновения стало содержание. Я отказывалась от денег Дениса, а он категорически на нем настаивал.
Я не знаю, почему бог послал меня Денису. Очевидно же, что он достоин лучшего.
По итогу развода я отстояла свое право на отказ от денежного содержания. Забрала вещи и вернулась с Лешкой к отцу в однушку.
На тот момент папа уже вышел на пенсию, а я начала работать.
Однушку мы продали. Часть денег пустили на первоначальный взнос на квартиру, где живем сейчас с Лешкой, остальное добрали ипотекой, бремя которой я несу по сей день.
Оставшиеся от продажи квартиры средства мы пустили на ремонт дачи. Долгое время она была заброшена, но неожиданно за поселок взялись, его привели в порядок и начали строить там крутые коттеджи.
В общем, дачу мы отреставрировали, и отец теперь занимается там хозяйством, сажает огород и тусит с местными вдовами.
Когда в квартире прибрано, я решаю испечь пирог из творога и груш. Леша как раз должен прийти, когда он будет готов, так что я завариваю себе чай, включаю сериал на планшете и впервые за целый день выдыхаю.
Через час слышу возню у двери и иду встречать сына.
А он не один…
В коридоре Лешка и Глеб, толкаясь плечами, пытаются снять куртки и разуться.
— Ма, я Глеба позвал к нам в гости, — оправдывается Лешка, увидев меня. — Мы на улицу вышли, а там дождь хлынул. Папа Глеба где-то в пробке застрял, ну я и решил пригласить его. Тем более мы совсем рядом со спорткомплексом живем. Не мокнуть же ему под дождем?
— Конечно, — улыбаюсь вежливо.
— Здрасти, Ульяна Романовна.
— Здравствуй, Глеб. Кто тебя заберет? Или тебе потом такси вызвать?
— За мной папа приедет, — Глеб отряхивает куртку от капель. — Только он был не в городе, когда я позвонил. Ему ехать часа два, не меньше.
Супер. Значит, Максим приедет за своим сыном. Сюда. В мой дом. Лучше просто и не придумаешь.
Но мальчика я выгнать не могу, это совершенно точно. Что ж, будет как будет. Когда Максим приедет, пусть остается внизу, в машине, а Глеб просто спустится к нему. Вот и все.
— Ладно, ребят, проходите, мойте руки и садитесь ужинать.
— Мы голодные капец вообще! — выдает Лешка и хватает со стола булочку.
— Алексей, не кусочничай! — бью его по руке.
— Ну ма!
— Что «ма»? Иди за другом и мой руки.
Ужинаем втроем, я расспрашиваю ребят, как прошла тренировка.
— Глеб в восторге! — говорит Лешка с набитым ртом.
— Ага! Я папе обязательно скажу, что тоже хочу ходить! — рассказывает Глеб в запале.
— Конечно, скажи, если действительно чувствуешь, что такой вид спорта тебе по душе, — киваю мальчику.
— Я с кайфом хожу, хотя тренер иногда звереет, — рассказывает Леша. — Вот каникулы скоро, жаль, что тренировок не будет.
— А вы на каникулы уезжаете? — неожиданно спрашивает Глеб.
— Ага. Мы к деду в деревню поедем, да, ма?
— Да, Леш. План был такой.
— Круто, — Глеб грустнеет на глазах, видимо осознавая, что останется в городе без друга.
После ужина ребята убегают в комнату Леши, а я убираю со стола и поглядываю в окно. Буря поднялась не на шутку. Ветер сгибает деревья, обрывает последнюю листву.
