Кифер резко повернулся к Нестерову.
– Вы что, издеваетесь?! – прорычал Поль.
– О чем вы?
– Думаете, я сюда приехал для того, чтобы играть в игры с докторами? Мне нужно утвердить состав солистов! Понять, нужна ли ей замена.
– Ох, конечно. И как я не подумал, что вы приехали именно за этим, – не скрывая иронии, ответил Нестеров. В общем-то, Киферу было совершенно плевать, что о нем подумает психотерапевт Дияры, но раздраженно покосился на мужчину. – Господин Кифер, – впервые серьезно покачал головой Нестеров. – Я не могу удовлетворить вашу просьбу и выдать информацию о состоянии Дияры. Это идет вразрез с врачебной этикой.
– Мерхееву, значит, отчитываетесь? Вы хоть понимаете, что как только эти сведения попадут к нему, то перекочуют ко мне?
– У меня официальное разрешение от Дияры на то, чтобы выдавать информацию Ренату Мерхееву и только. Все остальное – его личная ответственность, к которой я не имею никакого отношения. – Он помолчал. – И, господин Кифер, объясните, как можно не иметь замены на место балерины, ухода которой вы так яро жаждете?
Поль прикрыл глаза. Он раньше не общался с психотерапевтами и не подозревал, что они похожи на бульдогов. Лысый, невзрачный, низенький мужичок, зато его хватке Кифер начинал завидовать.
– Мне не нравится, что вы морочите Дияре голову, господин Кифер. Вы с ней порвали. Вы ей никто. Спустя два года она не может быть виновата в том, что и как вы чувствуете. У вас нет права ее за это наказывать. Если вы не прекратите, я буду настаивать, чтобы она сменила труппу или даже род деятельности.
– Это она вам сказала? – процедил сквозь зубы Поль.
– Да вы что! К двадцати она накопила столько бед, скольким сорокалетние позавидуют. Ей бы с самой собой разобраться. Не вижу смысла волновать ее еще и чужими проблемами. И очень надеюсь, что вы, обдумав этот разговор, со мной согласитесь.
С этими словами Нестеров ушел. Несмотря на возраст и обилие внешних недостатков, мужчина двигался легко, собранно и уверенно. Кажется, это называется «волк в овечьей шкуре».
44 – 07.2020
– И пусть я не одобряю ваш поход в клуб, сколько работаю – за двухдневное пребывание в больнице еще никого не понизили!
Света уже раз пятьдесят повторила, как глупо и опрометчиво мы поступили. Я же, хоть убей, не видела в нашем поступке ни того, ни другого. Единственный, кто отличился легкомыслием, – Глеб.
Впрочем, сейчас, когда подруга гнусавила это в маску, изогнувшись немыслимым образом в попытках устоять на ногах, ее серьезность меня забавляла.
Если вбить в Гугле запрос «районы Москвы», то легко нарваться на картинку, где какой-то шутник прозвал область нашего обитания филиалом ада. Тут трудно не согласиться. Китайская зараза, все дела, полтора метра дистанции между людьми. Ну да. Отмените пару поездов метро подряд, пустите пару пригородных поездов, и полтора метра превратятся в полтора сантиметра! Я чувствовала, что еще чуть-чуть – и мне придется на ком-нибудь жениться. Только понять бы, на ком именно!
В данный момент я почти распласталась по мужчине на полторы головы меня выше, но и в бедро сзади упиралось тоже что-то… трудноопределяемое. Странно, что при всем при этом все еще сохраняла примерно вертикальное положение: стояла я на одной ноге, а вторая была зажата где-то между ботинком сидящего молодца и его кожаным портфелем. В поисках еще как минимум одной точки опоры я попробовала дотянуться до поручня, но промахнулась и мягко спланировала на широкую мужскую грудь. Теперь знала, как ощущаются щекой не то чтобы рельефные мужские мышцы. Радовало одно: мы все в масках, никогда друг друга не узнаем и не сумеем никому ничего предъявить!
– Вы же наверняка многое разучили! – кричала я подруге, выглядывая из-за удивительно свежей мужской подмышки.
– Ничего нового не было. Мы репетировали прошлые спектакли, а Кифер Бехчиным занимался. Так загонял, что тот едва на ногах стоит.
– Я, кстати, тоже, – недовольно буркнула моя «не точка опоры».
– На следующей переход на кольцо, – «утешила» я, намекая, что очень скоро нас всех вынесет в двери вместе с намертво прикрученными поручнями и сиденьями.
В театр мы из-за задержки в метро почти опаздывали, и я по этому поводу переживала. Света могла быть сколько угодно права, но после выписки я ждала двух вещей: тяжелого разговора с Ренатом и сообщения, что я разжалована в кордебалет вновь. И совсем не прогадала, так как стоило переступить порог, мне сообщили, что некую Дияру Огневу очень ждут в кабинете художественного руководителя. Оттягивать смысла не было. Грустно-похоронно пошутив и заставив подруг взволнованно переглянуться, я ушла. Понимала, что сама подставляюсь, ведь девчонки правда не понимали, из-за чего я так разнервничалась, и обязаны были однажды догадаться, но настрой был именно такой. Грустно-похоронный, в смысле.
– Ренат Эльдарович, к вам можно? – постучалась я и заглянула в приоткрытую дверь.
– Заходи, Дияра, присаживайся, – пригласил меня худрук.
