Интерьер заведения был в стиле пострококо или может даже неофэншуй. В любом случае это выглядело весьма постиронично. Крохотные фарфоровые столешницы и рядом с ними пластмассовые стулья, что обычно стоят в любой пригородной шашлычной Меркуриала. Кстати, да, тут подавали мясо. Кто-то говорит, что это цыпленок бройлер, кто-то – что здесь отдает Таиландом и антуражем третьего мира, а кто-то просто с удовольствием его ест. И от этих мыслей Озимандиаса бросало в дрожь, а потом в холод и жар. Но Рефрактор U помнил мои слова, поэтому и себя, и своего пса держал подальше от еды.
По моим словам, героям нужно было найти некую ведьму. А назовите мне лучший способ для нахождения нужного человека в толпе незнакомцев. Разделение на поисковые группы быстрого реагирования. Разумеется, в ЦРУ этому способу обучали, но шестой швепсер, во-первых, очень давно проходил курсы курсантов, а, во-вторых, плохо их проходил. Он был профессионалом во многом, но исключениями были как раз аспекты, связанные с разделением команды ну и со складыванием лодочек (как уже известно). Именно поэтому наш коллектив разделился на три группы по одному живому существу в каждой.
Сам Рефрактор отправился первым делом к барной стойке, так как увидел, что за ней стоит отнюдь не Меркуриальный житель, а самый что ни на есть покатак. А покатаки, между прочим, очень знающие инопланетяне. Он точно покажет, где ведьма.
Такое нечасто встретишь в принципе. И если бы Швепсер не располагал данными о всех жителях близь центра ЦРУ, то он бы чертовски удивился. А так нет. Он знал, что этого покатака зовут Алексис Алабама-Рид и что он полукровка. Наполовину могущественный пришелец, а, на другую половину – сын доставщика пиццы. Знал, что ему двадцать семь лет и что он никогда в сознательном возрасте не видел своих остальных сородичей. Ни одного покатака сына доставщика пиццы.
А теперь, лучший способ разговорить кого-нибудь в баре? Конечно же, угостить каким-нибудь напитком. А что пьют покатаки? Если обратиться к легенде о подвиге Джона Картонова, то на Вафлях любили пить чай.
– Бармен, друг, плачу наличкой. Налей чаю с чечевицей этому вот человеку. Если что он Покатак и доставщик пиццы. Я хочу ему налить, ведь иначе не годится – Заказал Рефрактор U и бросил на стойку один доллар и три цента.
Как только Алексис Алабама-Рид услышал эти слова, сразу впал в безумие. Столько пены изо рта еще не сыпалось ни у одного из посетителей этого бара. Глаза наполнились янтарем. Он отбросил чашку чая, только что поданную барменом.
– Чертов Джон Картонов! Чертовы стереотипы! Я, между прочим, угнетаемое меньшинство! Я ненавижу ни чай, ни вафли к чаю, а все эти легенды только по мозгам гоняют. Вжух! Вжух! Вжух! Запомните, все здесь присутствующие, я пью только кокаиновый смузи и ем только крем суп! Всем ясно!?– Покатак был настолько зол, что даже самые отдаленные от барной стойки постояльцы легонько напряглись. Алексис явно ждал ответа на свой последний вопрос, но не дождался. За слишком шумное поведение его выгнали секьюрити. А Швепсер остался ни с чем. Вся надежда на верного пса и верного, но с сомнениями, безымянного помощника.
Помощнику было неловко находиться в этом месте. Он не был любителем шумных забегаловок, алкогольных коктейлей и прочих шалостей. Единственный раз, когда он был на вечеринке, она проходила на собрании шести швепсеров. Некий корпоратив, на котором помощник слишком сильно увлекся танцами. Да так, что в конечном итоге разбил окно и покалечил старушку-секретаршу. Именно после этого события помощника лишили имени и навсегда закрыли ему подъем по карьерной лестнице. И сейчас безымянному уже за пятьдесят, он младше на три года и три месяца швепсера, а до сих пор моет пол маленькой губочкой в служебном коридоре, а также звонит начальникам в случае экстренной ситуации.
