— Я хотела сама зарабатывать деньги! — весьма задетая его пренебрежительным тоном, огрызнулась Платина.
— Как?! — насмешливо фыркнул собеседник.
Задавив нарастающее раздражение, Ия рассказала о продаже игр.
Поначалу тот ничего не понял, так что пришлось объяснять более подробно.
— Много этим не заработаешь, — внимательно выслушав, сделал свой вывод мужчина. — Вы же не сами делали и продавали те коробочки с кубиками. Теперь мастера и лавочники без вас обойдутся. Ну, и что дальше?
— Придумала бы новые игры, — не задумываясь, ответила девушка. — У меня есть ещё кое-что в запасе. А когда они кончатся, хотела писать книги.
— Книги? — недоверчиво переспросил слушатель и, не дожидаясь подтверждения, захохотал так звонко и обидно, что приёмная дочь бывшего начальника уезда стиснула кулаки и сжала зубы.
— Давно уже не слышал ничего глупее и забавнее, — отсмеявшись, главарь «чёрных археологов» даже вытер выступившие на глазах слёзы и разъяснил снисходительно, как взрослый, умудрённый жизнью человек, малому ребёнку: — Никто не будет читать книгу, написанную женщиной. Мудрость и книжность — это удел мужчин.
— На обложке можно поставить любое имя, — буркнула Платина. — Главное — не кто написал, а что и как!
— Не стану спорить, — пренебрежительно отмахнулся собеседник. — Только я уже достаточно с вами знаком, чтобы определить: ваши книги никто покупать не будет.
Уязвлённая до глубины души Ия попыталась возразить, но самозваный жених остановил её властным движением руки.
— Я не встречал таких храбрых девушек, как вы, но ваша храбрость граничит с безумием, — наставительно проговорил он. — Вот почему любая женщина, даже такая неглупая, как вы, нуждается в твёрдом мужском наставлении. И я готов взять ответственность за вашу дальнейшую жизнь.
«Сейчас я должна шлёпнуться на колени и «со слезой» в голосе прокричать что-то вроде: «Ваша милость безгранична»», — с иронией подумала пришелица из иного мира, но вслух спросила:
— Как вы себе представляете нашу семейную жизнь?
— Вы пробудете с нами до зимы, — охотно и вроде бы даже с удовольствием принялся объяснять мужчина. — Потом мы вернёмся в столицу. Если Вечное небо пошлёт нам сына или дочь, вы останетесь дома, а я весной вернусь к своим поискам. Если не получится зачать ребёнка, вы тоже поедете с нами.
Платина даже слегка растерялась, поскольку перспективы вырисовывались вполне себе неплохие. Во всяком случае, скучно ей точно не будет. Новые места, новые люди, таинственные подземелья, древние артефакты. И это в обмен на супружеские обязанности, в число которых входит секс с малосимпатичным, хромым мужиком. Но если она вдруг «залетит», тогда придётся остаться в этой грёбаной стране навсегда.
Мысли и чувства Ии перепутались в полнейшем беспорядке, и, чтобы хоть немного их упорядочить, она растерянно пробормотала:
— Неужели я вам так нравлюсь, господин Накадзимо?
— Вы мне подходите, — совершенно серьёзно ответил тот. — Я уже говорил, что вы храбрая, и вас не пугает то, чем я занимаюсь. А мне уже пора обзаводиться наследником.
«По крайней мере, честно», — мысленно усмехнулась девушка и, вовремя вспомнив правила местного этикета, низко склонила голову.
— Спасибо за добрые слова, господин Накадзимо.
— Меня не интересуют подробности вашего прошлого, — продолжил предводитель «чёрных археологов», видимо, не заметив иронии в её словах. — Но больше лжи я не потерплю.
— Я поняла вас, господин Накадзимо, — заверила Платина, жалобно поинтересовавшись: — Мы ужинать сегодня будем? А то уж очень есть хочется.
— Пойдёмте, — рассмеявшись, собеседник неуклюже поднялся на ноги и протянул ей руку.
На сей раз Ия без колебаний вложила свои пальцы в его широкую ладонь.
От костра тянуло аппетитным ароматом варёного риса. Усевшись кружком, гребцы и кормщик степенно орудовали ложками, изредка обмениваясь короткими замечаниями о вкусе потребляемой пищи.
Пассажиры устроились неподалёку. На знакомой тряпочке лежали поджаренные просяные лепёшки, зелёные пёрышки лука, варёные яйца, порезанный на куски соевый творог и деревянные стаканчики.
Прекрасно понимая сомнительность пользы данной процедуры, девушка всё же вымыла руки в озере.
— Мы в Фумистори фургон купим или верхом поедем? — тихо спросил Таниго.
— До Гифу путь неблизкий, — покачал главарь «чёрных археологов», внимательно посмотрев на спутницу. — Сможете долго ехать со мной в седле?
Прожевав кусок лепёшки, Ия неопределённо пожала плечами.
— Не знаю, но если нужно попробую.
— А ей неопасно появляться в городе, господин Накадзимо? — с сомнением покачал головой дворянин. — Вдруг кто-нибудь узнает?
— Думаете, там тоже повесили объявления? — нахмурился тот.
— Может, ещё и не повесили, — задумчиво проговорил Таниго, взяв ещё одно яйцо. — Но я боюсь, как бы в ней женщину не узнали.
— У меня платье с собой, — сообщила приёмная дочь бывшего начальника уезда, указав на лежавшую рядом котомку. — Мне переодеться перед городом или прямо с утра?
— Шёлковое? — уточнил бывший лжебрат.
— Да, — подтвердила девушка. — Я же из благородной семьи.
