Однако Гарри он явно не убедил; наоборот, сказанное так взволновало юношу, что он выпалил:
- Ну да, Гермиона говорила, что я не совсем Квазимодо... – как только у него вылетели эта фраза, юношу поглотил ужас. – О Мерлин, ты меня не так понял. Она никогда меня не видела... э... голым, клянусь тебе!
Снейп чуть улыбнулся.
- Я в этом не сомневаюсь.
Мужчина направился к спальне, жестом пригласив Гарри следовать за собой. - Я покажу шампунь и оставлю тебя. Хотя... ты уверен, что хочешь воспользоваться именно этим препаратом? Учитывая то, что с ним поработал твой приятель Добби?
Гарри кивнул.
- В данный момент я готов на все, что поможет расслабиться. У меня ощущение, словно я иду по натянутому канату и каждую секунду могу упасть в пустоту.
- По канату?
Гарри пришлось пояснить свою метафору зельевару.
Снейп выглядел совершенно ошеломленным.
- Ты хочешь сказать, магглы делают это? Зная, что чары левитации им недоступны?
- Ну, часто под канатом в качестве подстраховки натянута сетка, - вздохнул Гарри, примеряя сравнение к собственной ситуации. – Кажется, у меня она тоже есть. Ты – моя подстраховка, Северус. Потому что больше никому не позволено подхватить меня при падении, верно? Извини, что наорал на тебя сегодня, ладно?
- Возможно, время упреков уже пришло, - ноздри Снейпа раздувались, а во взгляде читалось раздражение, которое, он, казалось, испытывал к самому себе. – Альбус был прав, ратуя за неоспоримую ценность открытых, честных отношений. Если тебя что-то не устраивает, я предпочел бы узнать об этом, - с этими словами он взял треугольный флакон с полки и вложил его в руку Гарри, задержав ее в своей на миг дольше, чем было необходимо.
- Даже если ты ничего не сможешь изменить?
- Даже тогда, - Снейп еще помедлил, не сводя взгляда с Гарри, затем неслышно повернулся и оставил юношу в покое.
Глава 28
- Итак, – начал Северус, усевшись за обеденный стол и жестом пригласив Гарри составить ему компанию, – вижу, после душа у тебя нашлось время ознакомиться с досье родителей. Что-либо из прочитанного привлекло твое внимание?
Гарри улыбнулся – из благодарности за то, что Северус не заговорил о сексе, то ли просто вспоминая прочитанное.
- Да все в них какое-то странное, – признался он. – Хотя нет, не все. Отец действительно любил нарушать правила, но это для меня не новость – ведь у него на пару с Сириусом даже имелись особые зеркала для того чтобы... то есть, даже если отработки им назначали врозь, они все равно могли поддерживать друг с другом связь, – Гарри улыбнулся еще шире. – Наверное, только ежедневные наказания позволят по достоинству оценить подобное средство общения. И все же – читать эти записи, а тем более узнавать причины отработок... – Гарри звонко расхохотался.
Северуса озадачила расслабленность юноши – даже учитывая снимающие напряжение свойства шампуня. Впрочем, нельзя сказать, что он и раньше хорошо понимал Гарри, не так ли? Возможно, знакомство со школьными прошлым родителей успокоило юношу больше, чем предполагал Северус. Да и не понять ему, каково это – расти сиротой, да еще с людьми, которые скрывают не только достижения твоих родителей, но и саму их сущность.
Что ж... Неудивительно, что Гарри так ненавистна ложь.
- Хм, я понятия не имел, что и его отстранили от квиддича, – между тем размышлял вслух Гарри. – Ну, правда всего на год, а не пожизненно, как меня.
- Не преувеличивай. Твой запрет едва ли можно считать пожизненным – он пробыл в силе меньше года.
- Верно, – Гарри взглянул на стол, словно ожидая увидеть на нем еду, однако было очевидно, что мысли его все еще витали в родительском прошлом. – Знаешь, я дважды перечитал записи, но так и не понял, из-за чего его выгнали из команды.
Северус постарался скрыть раздражение.
- Мне не хотелось бы обсуждать это.
- А... – Гарри прокашлялся. – Это что-то... связанное с тобой, ведь так? Извини.
- Едва ли это тебя касается, а уж извиняться тем более не за что.
Гарри потеребил нижнюю губу, покусывая розовую плоть белыми зубами. Сглотнув, Северус отвернулся, не позволяя себе отвлечься на этот жест.
- Да, верно, но ты же помнишь слова Дамблдора о честных и открытых отношениях? Может, нам следует, ну... быть откровеннее? Даже если тема разговора неприятная. Вроде... – У Гарри покраснела шея. – Вроде твоей игры в вопросы и ответы. Кое-какие моменты в ней даже оказались интересными.
Явно не моменты с поцелуями, легко догадался Северус. Во всяком случае, сознательно юноша так не считал. Хотя от внимания зельевара не ускользало, какое удовольствие получал Гарри, целуясь с ним. Разумеется, сейчас в этой «ереси» юноша не смел признаться даже себе. Но со временем...
- Если хочешь, мы сыграем снова.
Гарри покраснел сильнее, его дыхание участилось, а взгляд чуть затуманился. Разумеется, не от похоти – вовсе нет. Скорее, от воспоминаний. Приятных воспоминаний.
- Почему бы нам просто... ну, вместо игры... не заключить сделку? Ты расскажешь, из-за чего изгнали из команды отца, а взамен получишь ответ на один вопрос. Любой.
