– Ну, откровение, что ты находил меня... таким привлекательным все это время, привело меня в некоторое замешательство. Но... да, с тех пор я размышлял об этом.
– И пришел ли ты к каким-нибудь умозаключениям?
– Э... не совсем, но Гермиона считает, что попробовать стоит. То есть она убеждена в твоей компетентности в данном вопросе...
У Северуса едва не сорвалось с языка, что мисс Грейнджер их половая жизнь совершенно не касается, но так и не смог произнести этого. Гарри явно нуждался в наперснике. Хм-м, возможно чуть позже, когда Гарри почувствует себя естественно в его, Северуса, обществе, он объяснит юноше, какую неловкость испытывал при постоянном упоминании третьего лица в их интимных разговорах.
– Будет ли тебе удобней раздеться при мне, если я войду в ванну, – предложил Северус, поскольку Гарри по-прежнему не сводил с него глаз, даже не думая раздеваться, – которая, кстати, скоро окончательно переполнится?
– Что? Твою мать... – Гарри схватил палочку и, остановив поток, легкомысленно бросил ее на скамейку.
Северус едва не поморщился при подобном обращении с артефактом.
– Да, отличная мысль, спасибо. Ты давай, забирайся туда и...
Наверное, Гарри разделся за рекордное время. Всего лишь на пару мгновений Северус повернулся спиной к юноше, чтобы спуститься по ступенькам в теплую, неподвижную воду – на сей раз совершенно без пены – но когда повернулся, то юноша уже был раздет до трусов.
– Ты слишком быстрый, – пожаловался Гарри, и Северусу пришлось спрятать улыбку.
– Мне закрыть глаза? – поддразнил он. – Тебе будет легче?
– Нет, – ответил Гарри с таким видом, будто ему хотелось показать язык.
Он стоял с безвольно повисшими руками, не пытаясь прикрыться, покрасневший до самого пупка.
– Даже не знаю, отчего меня это смущает. Это ведь просто кожа, да и в любом случае, ты все уже видел раньше. Может быть... – он отвел взгляд, – может, я боюсь, что ты будешь смеяться. Ну, то есть я знаю, что ты
Подойдя к краю ванны и прислонившись к стенке, Северус жестом подозвал Гарри.
Юноша приблизился и сел на бортик небольшого бассейна, болтая ногами в воде рядом с мужчиной.
– Я рад, что ты это понимаешь, – прошептал Северус. – Я обожаю смотреть на тебя. По-моему, тебе об этом уже известно, что очень хорошо. И все-таки не понимаю, как вообще ты мог вбить себе в голову, что такое можно счесть смешным.
– Ну, когда я тебя впервые увидел... – Гарри болтал ногами туда-сюда, вызывая круги на воде.
Ах вот оно что! – они снова вернулись к размеру, пусть и в совершенно ином контексте. Казалось, Гарри просто решил, что его собственное «оснащение» проигрывает в сравнении. Разумеется, он был далеко не прав, однако сама мысль показалась интересной. Гарри явно стремился нравиться...
Нравиться Северусу.
«А ведь он смирился с тем, что мы любовники», – внезапно понял Северус.
И эта мысль тут же отозвалась в паху.
– Цвет твоих глаз действительно поразителен, – внезапно вырвалось у Северуса, и Гарри нахмурился.
– Не меняй тему разговора…
– А я и не меняю. Потерпи, Гарри. Итак, по сравнению с твоими, мои глаза вполне заурядны. Кому интересен черный цвет? Они постоянно одного и того же оттенка, а не переливаются мириадами тонов, подобно твоим глазам. Так что же, по-твоему, мне следует беспокоиться о том, что мне никогда с тобой не сравниться в красоте глаз?
Гарри прищурился.
– Нет, не нужно.
– И почему же?
– Я отлично понимаю, куда ты клонишь, Северус…
– Несомненно, – сухо согласился зельевар. – Я уже говорил – ты обладаешь совершенно адекватным интеллектом. И все же позволь мне закончить мысль. Итак, скажи, пожалуйста, почему мне не стоит стыдиться, когда ты смотришь в мои заурядные черные глаза?
Гарри снова ударил ногой по воде, гораздо сильнее, чем раньше.
– Да потому что все мы разные, и будь у всех зеленые глаза, то это было бы просто неинтересно. Хоть я и не считаю, что мои глаза – это что-то особенное. И потом, черные глаза – это тоже красиво. Ну, после того как преодолеешь зловещие ассоциации. Черный цвет вовсе не делает их заурядными. И все это не имеет никакого отношения к теме нашей предыдущей дискуссии.
– А вот тут ты ошибаешься. Все мы разные, как ты точно заметил. К счастью, это так, потому что вкусы у всех тоже разные. Да, я могу быть крупнее, чем большинство мужчин…
– Ха, так я и знал, что твой размер больше нормы! – воскликнул Гарри.
– Это зависит от того, что считать «нормой». Я, видишь ли, не страдаю от дефектов. Или от увеличивающего проклятия. И у многих мужчин такой же размер. Итак, я уже говорил, что, возможно, несколько крупнее остальных, однако подобные сравнения – ничем не лучше сожалений о цвете глаз. Ты мне очень, очень нравишься таким, как ты есть.
Гарри, казалось, слегка отпрянул.
– Ну да, я бы поверил, но когда ты сам ходишь вот с этой штуковиной в штанах?..
– Твое тело – сама утонченность, включая твой член, – объяснил Северус, положив ладонь на бедро юноши. – Это действительно так, Гарри. Твое телосложение идеально именно для тебя. Гарри?.. Пожалуйста, взгляни на меня.
