Гарри прекратил наблюдать за лицом зельевара и опустил голову ему на грудь, где пытался целовать взасос все, на что натыкался губами. Он начал со шрамов, как и раньше, – что-то в них постоянно притягивало его – но вскоре перешел на соски, уделив пристальное внимание сначала одному, затем другому. Казалось, Снейп оценил его усилия. Мужчина обхватил его за бедра, побуждая Гарри двигать ими быстрее. «А вот это уже лидирование», – промелькнуло в голове у Гарри. Но юноша осознал, что вовсе не возражает. Снейп словно учил его: как лучше двигаться, как резко подаваться бедрами вперед в конце толчка, как направить член так, чтобы тот соприкоснулся с его собственным, не нарушая ритма движений.
Все то, что нравилось Снейпу во фроттаже, решил Гарри. И осознал, что ему хочется узнать об этом. Делать то, что нравится, – оказалось отличным советом. Снейп явно следовал ему сам, и, в то время как толчки становились все более требовательными, Гарри почувствовал, что его член снова твердеет, и сделал то, что ему хотелось: потянулся и провел пальцами сквозь длинные, шелковистые волосы Снейпа, и тут зельевар издал низкое рычание и кончил.
Гарри понял это только тогда, когда ощутил, как с живота стекает нечто теплое и влажное.
Очевидное наслаждение Снейпа возбудило Гарри еще сильнее, и только тогда ему открылась истина. Делай то, что тебе нравится, и твой партнер тоже получит удовольствие. Ему нравился оргазм Снейпа, нравилось слышать его прерывистое дыхание, нравилось, как пальцы любовника впивались в его бедра.
Впервые он осознал, почему Снейп любил доводить его до оргазма.
Это было пьянящее чувство – знать, что он мог довести зельевара до… ну, не до всхлипов. Даже кончая, Снейп сохранял определенный самоконтроль. Словно он сдерживался.
От этой мысли Гарри захотелось сделать нечто такое, что заставило бы Снейпа кричать от удовольствия, полностью потерять самообладание. Интересно, что для этого нужно?
Придя в себя после долгого оргазма, Снейп бережно опустил Гарри на кровать и прижал сбоку, побудив юношу положить голову ему на плечо. И опять он командовал, но Гарри не возражал. Очевидно, занятия любовью состояли из приливов и отливов, которые было бы нелепо прерывать дискуссиями о том, кому именно из партнеров проявлять инициативу.
– Спасибо, – низким голосом искренне поблагодарил Снейп.
И тут Гарри понял, в каком напряжении он пребывал все эти недели. Потому что теперь напряжение спадало. Впервые со дня прочтения синопсиса он ощутил, что все будет хорошо. Он не получит никакой травмы. Теперь он даже чувствовал себя глупо из-за бессмысленных страхов. Когда страх ушел, ему открылась истина: нет, его не будут использовать, – что бы там ни говорили о Снейпе, он был внимательным любовником.
– Я больше не беспокоюсь о сексе, – произнес Гарри, хотя ему было немного странно лежать тут и смотреть на блестящую от спермы грудь и живот Снейпа. – Но… э… ты заметил, что под конец я тоже немного возбудился?
Снейп кивнул.
– Ну, для ритуала мне нужно будет кончить трижды, верно? И… я понял, что мне это удастся.
Снейп притянул Гарри ближе.
– Семнадцатого числа у нас будет вся ночь.
– Ага…
– Не беспокойся зря, Гарри, – сонно добавил Снейп. – Убежден, мы успешно проведем ритуал. А после начнем нашу жизнь как любовники, без ненужной неловкости и глупых страхов.
Услышав эти слова, юноша напрягся. Ведь суть Cambiare Podentes не только в том, чтобы быть любовниками. А как насчет всего остального, написанного в синопсисе Снейпом? Да, верно, уже потом зельевар попросил Гарри не воспринимать все буквально, но юноша не мог побороть ощущение, что пусть строки синопсиса и были продиктованы гневом, в документе была доля правды.
А правда была в том, что секс не был единственным барьером на их пути.
Гарри беспокойно заерзал в объятьях Снейпа.
– Северус…
– Хм?
Не обращая внимания на размазанную по груди Снейпа сперму, одной рукой Гарри обнял мужчину и крепче прижал к себе.
– Секс больше не проблема, теперь я это понимаю. Веришь или нет, он мне даже… нравится. Но я не хочу быть твоим рабом, просто не хочу! Я могу согласиться на это, могу смириться, потому что понимаю, что это мой долг – спасти себя и своих друзей! Но это вовсе не значит гореть желанием стать твоей собственностью, и я не могу достичь этого! Я пытался, но во мне просто этого нет! И… кажется, я все-таки погибну в день рождения! Я просто не создан для того, чтобы быть чьим бы то ни было рабом!
Снейп оперся на локоть и придвинул Гарри так, чтобы их глаза оказались на одном уровне.
– Ты не умрешь. Ты – мой, и я клянусь убить любого, кто посмеет причинить тебе вред.
Гарри закрыл глаза при виде решительности во взгляде Снейпа, потому что в данном случае благие намерения ничего не меняли.
– Ты не можешь, Северус. Ты не можешь его убить. Это по силам только мне! И у меня даже не будет шанса это сделать, если ритуал провалится… А убить его в свой день рождения я еще не готов! На подготовку уйдут годы…
