Две вещи поразили Гарри. Во-первых, это было больше, чем простой ответ на вопрос, а во-вторых, никакой насмешки в голосе мужчины не было, несмотря на то, что, как мгновенно осознал Гарри, он опять спросил какую-то глупость. Большинство вин, с которыми его знакомил Северус, были из Франции.
А, ну да... ритуальное купание. Болтовня Гарри, когда он признался, что хотел бы научиться чему-то, чтобы не чувствовать себя за столом таким идиотом. Хотя большая часть его признаний относилась совсем не к этому... о, боже. Как он лепетал о том, что ему нравится в Северусе, как восхищался огромным членом мужчины...
Гарри одним глотком расправился с остатками шампанского, но это не помогло ему избавиться от горячего румянца.
— Расслабься, Гарри, — послышался сдержанный совет. — Все в порядке.
— Да... — Гарри откашлялся. — Я думал, что все будет совсем не так, вот и все. Надеюсь, я не скажу ничего обидного для ритуала или чего-нибудь еще, но... я совершенно не чувствую себя твоим рабом. Ты уверен, что все сработало как надо?
— Уверен, — Северус ненадолго замолчал. — Так что же ты чувствуешь?
— Просто... себя. Я ожидал... не знаю... боялся потерять себя, наверное, — Гарри потряс головой, пытаясь упорядочить собственные мысли. Он вспомнил, что должен подчиняться Северусу для того, чтобы они могли скрестить силы. И подчиняться не только сексуально, хотя, согласно синопсису, именно это, несомненно, наиболее значимо. Но, возможно, начать можно было с чего-то более простого. — Так... что я должен сегодня сделать?
Северус отложил вилку и нож.
— Гарри, я мог бы прекрасно обойтись без вопросов такого сорта.
— Я просто пытаюсь... ну... действовать в духе всего этого.
— Похвально, — протянул Северус. — Но я совершенно не собираюсь назначать тебе задания, пойми это. Если мне потребуется что-то, то, будь уверен, я попрошу тебя об этом безо всяких колебаний, но, в целом, ты должен просто жить обычной жизнью. Ты не обращаешь внимания на свою тарелку — уже наелся?
— Да, — быстро ответил Гарри, отодвигаясь вместе со стулом назад. — Наверное, я тогда просто пойду погуляю по Хогвартсу. В смысле, если ты не возражаешь. Я же не должен спрашивать разрешения, чтобы выйти из комнат, или как?
— Нет, определенно нет, хотя с твоей стороны было бы проявлением вежливости информировать меня о своих перемещениях, — когда Гарри встал, однако, Северус поднял руку. — Но в данный момент тебе все же следует остаться. У нас есть несколько вопросов, требующих неотложного внимания.
— О, — Гарри снова опустился на стул. Он понимал, что Северус не будет им особенно командовать, но если они собирались скрестить силы, Гарри должен был слушаться мужчину. Даже несмотря на то, что больше всего в эту секунду ему хотелось куда-нибудь ненадолго сбежать. Хотя... все равно это было бы бесполезно — сколько бы он ни бродил по окрестностям, ему рано или поздно придется вернуться в подземелья и принять тот факт, что он действительно стал рабом, как бы ни было... трудно в это поверить.
— Конечно, — ответил Гарри, пытаясь сделать так, чтобы в его голосе прозвучало счастье от возможности исполнить желание Северуса. — Эээ... что за вопросы?
— Нам необходимо как можно больше узнать о заклинании, под действием которого мы теперь находимся. Я придумал пару... тестов. Но прежде всего, я забрал у тебя несколько вещей и хочу показать, где они лежат.
— Хм... ну ладно, — Гарри поднялся одновременно с Северусом и прошел вслед за ним в гостиную. — Какие вещи?
Он не был уверен, но на миг ему показалось, что на лице Северуса промелькнула лукавая улыбка. Правда, всего на миг.
— Вот это, например, — Северус провел пальцем по корешкам книг на верхней полке шкафа, остановившись на переплете, который сразу же показался Гарри знакомым. Фотоальбом. Гарри почувствовал внезапную боль, бросив взгляд на родную вещь.
— Ты собираешься сохранить это? Ммм... я-то думал, что ты захочешь сжечь все фотографии Джеймса, если не сделать с ними что-нибудь похуже, после всего зла, что он причинил тебе.
— Я не собираюсь сжигать ничего, что имеет для тебя смысл, Гарри. Для подобных действий мне понадобятся куда как более существенные основания.
Гарри проглотил комок, внезапно образовавшийся в горле.
— Но я... я знаю, что теперь альбом принадлежит тебе, — пробормотал он, пытаясь смириться с этим фактом. У него не было уверенности во всем, что происходило вокруг него, но он точно не мог иметь в собственности никакие вещи, ни сейчас, ни когда-либо в будущем. — И я знаю, что ты можешь делать все что угодно с моими... эээ... со всеми этими вещами.
— Я и делаю то, что мне угодно, — мягко возразил Северус.
Гарри не заметил, когда Северус успел подойти ближе, но неожиданно он оказался прямо перед юношей и наклонил голову, чтобы запечатлеть на его губах поцелуй. Гарри едва не отпрянул, но вовремя заставил себя остановиться и вспомнить, что ничего страшного в поцелуях не было. Действительно не было. Ему все также нравилось целоваться, даже после того, что произошло в Лондоне.
По крайней мере, пока поцелуи не становились слишком интимными...
